Когда Черт в твоем Омуте — Дешевка (СИ)
- Автор: Grafonorojdennuy
- Язык: русский
- Жанр: Слэш
Электронная книга - «Когда Черт в твоем Омуте — Дешевка (СИ)». Краткое содержание книги:
— Вы сами его дрессировали? — спросила рыженькая.
— Сам, — не без гордости кивнул Томми. — Ещё с щенячества. Он у меня малыш ученый. Отойдите-ка чуточку, милые леди. Чуги, голос.
Пес пролаял, громко и звонко.
— Чуги, пой.
Пес запрокинул голову и завыл. Не так, как воют волки или усталые несчастные собаки — ярко, прерывисто, задорно. Девушки расхохотались.
— Чуги, — сам уже хихикая, приказал Томми, — служи. Служи, служи, служи… Молодец! Умничка!
— Дай-ка ему… А то что бедняга зря старается.
Томми аж вздрогнул, когда услышал голос Аллега за своей спиной — парень уже и подзабыл, что он вообще-то здесь есть. Забрав из его руки несколько собачьих печений, он сунул парочку сам, а другие отдал девушкам, разрешив им покормить довольного Чугунка с рук. Потискав песиля ещё немного и мило попрощавшись, девчонки упорхнули по своим делам, а они с Аллегом продолжили путь по аллее. Чуги бежал впереди, сытый и довольный, как слон.
— Как хорошо, когда есть собака, — заметил через какое-то время Аллег. — Только и успевай по паркам девушек собирать.
— Ой, да ладно, — махнул рукой Томми, слегка зардевшись. — Просто повезло.
— Ну да, — кивнул мужчина, помолчав. — Им повезло, что у собаки крайне обаятельный и дружелюбный хозяин, общаться с которым одно удовольствие.
— Да иди ты, — хохотнул парень, зардевшись сильнее. — Девушки всякие бывают. Некоторые собак вообще терпеть не могут.
— Твоя правда, — согласился Аллег, на его губы легла улыбка… которая, впрочем, почти сразу растаяла.
Мужчина отвел глаза в сторону, и на его лицо легла уже хорошо знакомая парню тень неясной печали. Томми тоже погрустнел. Они обошли искусственный прудик, прошли по длинной аллее и все это — в неприятном молчании. Один Чуги весело гарцевал впереди, абсолютно не замечая внезапного «похолодания».
В конце концов, Аллег попросил «привал», и Томми отвел его на одну из скамеек. Мужчина тяжело опустился на нее, потирая левое колено. Парень присоседился рядом и откинулся на покатую рассохшуюся спинку, скрестив руки на груди. Чуги притулился у его ног.
Посидели немного. Помолчали.
— Аллег, — решился наконец-то Томми, — что-то не так?
Мужчина опустил взгляд. Перестав тереть колено, он сцепил ладони в замок, чуть наклонившись вперед. Кончик его носа покраснел. Пальцы чуть подрагивали. Под глазами залегли едва заметные круги.
Он глубоко вздохнул, опустив голову.
— Я развожусь, — произнес, наконец, Аллег. — Точнее, развелся. Года два назад.
Говоря, он смотрел на свои ладони — а точнее, на свое кольцо. Золотистый ободок тускло блестел в неярком осеннем свете. Томми сглотнул.
— Долго вы?.. — вместо стандартного «мне жаль» или «сочувствую» спросил парень.
— Тридцать лет, — ответил Аллег и хмыкнул, когда Томми издал изумленный возглас. — Да. Прилично… Но такова жизнь. Тут уж ничего не поделаешь.
— В смысле «такова жизнь»? — после долгой паузы выдохнул Томми. — Жизнь такова, что если вы уж живете тридцать лет, так живите и дальше. Зачем расходиться спустя столько?..
— Это не мое решение, — объяснил Аллег, мягко его перебив. — Я был готов жить дальше. Я… хотел жить дальше. Но жена решила иначе.
Томми все ещё непонимающе хлопал глазами. Аллег слабо улыбнулся. Направил прищуренные глаза куда-то вдаль.
— Мы встречались ещё в школе, — тихо произнес он. — Поженились сразу как только ее окончили. Ну, то есть, когда Элли окончила — я ее старше на три года. Я хотел этого. Я любил ее. До невозможности любил. Она отвечала мне взаимностью… уж не знаю теперь, настоящей или притворной.
— У вас есть дети? — невольно вырвалось у Томми. — Внуки?
Аллег покачал головой, изумив парня ещё больше.
— Нет, — продолжил его мужчина. — Первые десять лет мы строили карьеру. Следующие десять — дом и совместный быт. После все никак не получалось и…
Аллег вновь умолк. Помолчал немного, разглядывая серый горизонт. И, в конце концов, обессиленно прикрыл глаза, склонив голову. Томми покоробило — столько в этом немудреном жесте было беспомощности и боли.
— Надо было тогда ещё все понять, — глухо произнес мужчина, не поднимая головы. — Мне стоило тогда ещё догадаться. Но я был слеп. Я любил ее, мою Элли. Списывал холодность на годы, на ее характер, на… Да на все подряд.
— А на самом деле? — спросил Томми. — Что это было?
— Ложь, — ответил Аллег. — Её последствия, если быть точным. Элли… — Он умолк на секунду, словно подавившись, а когда продолжил его голос еле заметно подрагивал: — Я был в шоке, когда она сказала, что хочет подать на развод. Я не понимал. В чем причина? Я чем-то ее обидел? Или у нее появился другой? Я пытался поговорить с ней, пытался понять, что происходит. Но она выставил меня на порог и отказывалась даже перезваниваться…
Его руки задрожали сильнее. Томми не мог оторвать от них взгляд, не мог посмотреть Аллегу в глаза. Мужчина судорожно вдохнул.
— Наконец, я смог поймать ее на улице около нашего дома. Она возвращалась с работы. Я… знал примерное время… Я просто всегда готовил ужин и…
Аллег умолк. Судорожно втянул ртом воздух. Мазнул по лицу рукой. Томми почувствовал, как к горлу подступает что-то очень тяжёлое и горячее.
— Я потребовал у нее ответа. Я сказал, что имею право знать. Я… сказал, что хочу это знать.
— И что она? — вытолкнул из себя Томми после очень долгой паузы.
— Она не хотела. Упиралась до последнего. Говорила, что дело не во мне, а в ней, что не нужно думать о прошлом, а жить дальше в настоящем. Сказала, что не хочет делать мне больно. Что ее слова только сделают хуже.
Снова тишина. Осенний день был донельзя тихим, а их крохотный уголочек красно-желтого парка — фантастически пустым. Ни одного человека, ни одного животного, кроме их сопящего неподалеку песиля. Они одни.
Томми оторвал взгляд от белых рук — и очень об этом пожалел. Грудь обожгло огнем.
— Аллег…
— Она была права. Лучше бы мне было не знать. Лучше бы я думал, что…
Аллег был на грани. Его лицо покраснело, на носу и лбу выступила тонкая сеть темных вен. Приоткрытый рот подрагивал, голубые глаза мерцали. Руки ходили ходуном.
— Она не любила меня, Томми, — прохрипел Аллег срывающемся голосом. — И устала притворяться. Не любила. По-настоящему. Никогда. Не…
Он глотнул ртом холодный осенний воздух, попытался что-то ещё сказать. И, резко отвернувшись, закрыл лицо рукой.
Томми остолбенел. Горло словно стиснул один большой огненный кулак — даже глотать было трудно. Он знал, что должен сделать, что он хотел сделать. Но медлил. Вдруг кто-нибудь пройдет, вдруг не так поймут, вдруг его оттолкнут, вдруг… Аллег издал неясный сдавленный звук, и Томми мотнул головой. К черту! Его мужчине плохо. Его любимому плохо. Его Аллегу…
Медленно, осторожно, словно боясь поранить, Томми накрыл его ладонь своей. Мягко сжал, готовый в любой миг отпустить, если Аллег того захочет.
Но Аллег только сдавленно захрипел и склонился ещё ниже. Томми обхватил его руку второй ладонью. Притянул к себе на колени. Мягко погладил раз, другой, третий… и смотрел только на нее. На нее, белую, теплую, жилистую, такую мягкую и любимую до боли. Никак ни на это проклятое кольцо на одном из ее пальцев. Нет!
Томми дал Аллегу успокоиться и только после этого осмелился посмотреть ему в лицо. В противном случае, он бы сам разревелся. А Аллегу не это сейчас нужно. Вот совсем.
— Пойдем в машину, — тихонько предложил он, глядя на тяжело дышащего и шмыгающего носом мужчину.
— Да, можно, — покивал Аллег, быстро моргая и обтирая лицо свободной рукой. — Там кофе… Вы двое околели, наверное, пока слушали тут…
Он мотнул головой, последний раз провел по лицу ладонью и встал. Томми поступил также, не отпуская его руки.
Как оказалось, кофе уже остыл. Аллег из-за этого сильно распереживался — хотел сбегать принести ещё стаканчик. Даже дверь успел открыть.
— Перестань, — буркнул Томми, схватив его за локоть. — Далось нам оно. Сиди.
Аллег пробормотал что-то себе под нос, но послушно захлопнул дверцу и откинулся в кресле. Его руки все ещё чуть-чуть подрагивали. На Томми он не смотрел. Парень понимал, что мужчина пытается прийти в себя. Но также он понимал, что вышел наконец-таки на «наболевшую» тему. Ту самую, что грызет, подъедает Аллега изнутри уже который месяц — если не год. Нельзя оставлять это без внимания. Нельзя.