Избранные произведения. I том
- Автор: Кард Орсон Скотт
- Год: 2019
- Язык: русский
- Год: Интернет-издание (компиляция)
- Переводчик: Елена Юрьевна Михайлик
- Жанр: Боевая фантастика
Электронная книга - «Избранные произведения. I том». Краткое содержание книги:
В первую очередь известен благодаря серии романов об Эндере, посвящённой межзвездной войне и контактам человечества с инопланетными цивилизациями. Невероятные хитросплетения сюжетов и неожиданные развязки — взять хотя бы, к примеру, истории о человеке, которому суждено пережить тысячу смертей, о мальчике-суперкомпьютере, о смертельно опасных играх на скоростном шоссе или о девочке-инвалиде, удивительно поющей во сне — характерны практически для каждого произведения Карда. Но даже для искушенных любителей фантастики необычные, зачастую парадоксальные рассказы признанного мастера жанра, яркой звезды на литературном небосклоне конца XX столетия, станут настоящим открытием — быть может, неожиданным, но, безусловно, завораживающим.
Содержание:
Эндер Виггин (цикл)
Звёздные дороги (истории из вселенной Эндера)
Да, выпускники в итоге заняли важные посты во флоте. Но, с другой стороны, в Боевую школу попадают только самые умные, так что они уже годятся в командиры. Есть хоть одно доказательство, что Боевая школа на что-то влияет?
«Я мог бы сейчас быть дома в Голландии и гулять по берегу Северного моря, — размышлял Динк. — Смотреть, как бьются о берег волны, пытаясь смыть и захлестнуть дамбы и острова, покрыв сушу океаном, как было когда-то, пока люди не начали свой дурацкий эксперимент по изменению природы».
Динк вспомнил, как читал еще на Земле, когда мог читать все, что захочется, будто Великая Китайская стена — единственное творение человечества, видимое из космоса. На самом деле это была неправда — по крайней мере, с геостационарной орбиты или выше. Стена даже не отбрасывала достаточной тени, которую можно было бы увидеть.
Нет, творением человечества, которое можно увидеть из космоса и которое появлялось на многих фотографиях, не вызывая никаких комментариев, была Голландия. На ее месте могло не быть ничего, кроме барьерных островов, окруженных широкими морскими проливами. Но поскольку голландцы построили дамбы, откачали морскую воду и очистили сушу, теперь это была покрытая пышной зеленью земля — видимая из космоса.
Но творением человечества ее никто не считал. Это была просто земля, где росли растения, паслись молочные коровы, стояли дома и тянулись дороги, как и на любой другой земле. «И тем не менее ее создали мы, — подумал Динк. — Мы, голландцы. А когда поднялся уровень моря, мы возвели еще более высокие дамбы, сделали их толще и прочнее, но ни у кого даже не возникло мысли: «Посмотрите на голландцев, они создали величайшее человеческое творение на Земле и продолжают его создавать тысячу лет спустя!» Я мог бы сейчас быть дома в Голландии, пока в самом деле не понадобился для чего-то реального — столь же реального, как и земля за дамбами».
Свободное время закончилось, и Динк отправился на тренировку. Потом он поужинал вместе с остальной Армией Крыс, привычно пошутив о том, что их еда ничем не лучше крысиного корма. Динк заметил, что Виггину эта забава, похоже, понравилась, но принимать участия в ней он не стал, держась в стороне и наблюдая за остальными.
«Похоже, у нас есть еще кое-что общее, — подумал Динк. Еще кое-что? С чего ему вообще пришла в голову такая мысль? Что у них было общего в первую очередь? — Ну да, я же почти забыл. Мы тут самые умные. — Он презрительно усмехнулся себе под нос. — Верно, я ни с кем не соперничаю. Я знаю, что я не самый лучший — но, даже не раздумывая, считаю себя вторым после самого лучшего. Ну и ну».
Отправившись в библиотеку, Динк немного позанимался. Он надеялся, что заглянет Петра, но она так и не появилась, и вместо разговора с ней — единственной, кто разделял его презрительное отношение к системе как таковой, — Динк закончил домашнее задание по истории, что пошло ему только на пользу.
В казарму он вернулся чуть раньше обычного. Можно было лечь спать или поиграть во что-нибудь на компе, а может, у кого-то будет настроение с ним поболтать. Никаких особых планов — ему, в общем-то, было все равно.
Флип тоже уже вернулся и раздевался перед сном. Но вместо того, чтобы убрать ботинки в шкафчик вместе с остальной формой, боевым костюмом и прочим имуществом, разрешенным в Боевой школе, он поставил ботинки на пол в ногах койки носками наружу.
Что-то в этом было знакомое.
Взглянув на Динка, Флип слабо улыбнулся и закатил глаза, затем забрался на койку и начал читать что-то на своем компе — вероятно, домашнее задание, поскольку он то и дело проводил пальцем по экрану, выделяя текст.
Ботинки. Сегодня было пятое декабря — канун Синтерклааса. И Флип, будучи голландцем, естественно, выставил свою обувь.
Сегодня со своей родины в Испании должен был явиться Синтерклаас — Синт-Николаас, святой покровитель детей — вместе с Черным Питером, что нес его мешок с подарками, вслушиваясь в трубы домов по всей Голландии и выясняя, насколько хорошо ведут себя дети. Если дети вели себя хорошо, он стучал в дверь, а когда ему открывали, швырял в дом конфеты. Дети бросались к двери и находили подарки, оставленные в корзинках или в выставленной к порогу обуви.
И Флип тоже выставил свою обувь в канун Синтерклааса.
Отчего-то глаза Динка вдруг наполнились слезами. Глупо. Да, он тосковал по отцовскому дому у прибрежной полосы, но Синтерклаас — это для малышей, а вовсе не для таких, как он.