Жизнь и деяния графа Александра Читтано. Книга 5
- Автор: Радов Константин М
- Серия: Жизнь и деяния графа Александра Читтанова #5
- Язык: русский
- Жанр: Альтернативная история
Электронная книга - «Жизнь и деяния графа Александра Читтано. Книга 5». Краткое содержание книги:
— Там, на льду, Ваше Сиятельство, — оправдывался Алеша, — я чуть на людей не налетел. Они, как зайцы, врассыпную… На грех, середь них затесалась баба с ведрами. Тяжелыми, зараза, дубовыми… Бросила прям у меня на пути: коромысло, будто копье, под крыло воткнулось! Велите сыскать!
— Зачем?
— А наказать?
— Это ей с нас причитается за испуг. Двугривенный, самое меньшее. Ладно, не до нее сейчас. Тебе что государыня сказала?
— Спросила, как зовут… И чей сын.
— Чей внук, не спрашивала?
— Так тайна ведь… А ежели спросит, что отвечать? Царице же врать нельзя, хоть она и добрая?
— Сам ей открою, коль уместно будет. Мы с тобой званы вечером… Угадай, куда?
— Неужто…
— Вот именно. Проси хоть Семена Крутикова, хоть иного кого, чтоб научили приличному поведению. Осрамишься — по гроб жизни сожалеть будешь!
Вечерний прием оказался сплошным разочарованием. Государыня одарила рассеянной улыбкой и едва заметным кивком, не удостоив даже краткой беседы. Будь Елизавета поласковее, вокруг меня хоровод бы водили, а так… Приветствовали формально, без сердечности. Жаль, но так уж вышло: виденные утром чудеса произвели на императрицу не совсем однозначное впечатление.
Только Великая княгиня Екатерина, да еще цесарский посол барон Претлак выказали живой интерес к полету артифициальной птицы. И то, скорее как к цирковому трюку, нежели научному достижению. Барон интересовался, не согласится ли мое сиятельство устроить такой же дивертисмент для его властительницы. Сильно подозреваю, что над ним довлели политические виды: попробовать, не удастся ли перетянуть графа Читтанова, известного оппонента австрийского союза, на свою сторону. Жена наследника… Тоже, конечно, небескорыстно: «молодой двор» привечал всех, кто мнил себя неправедно отодвинутым от средоточия власти. Полагаю, на первом месте у нее стояло желание вовлечь меня в свою партию; но присутствовало, помимо этого, и простое, здравое любопытство.
Прочие же все… Да черт с ними! В общем, ставка не сыграла. Или сыграла — но не в полную силу. Далеко не с той мощью, на какую надеялся. Прочь от императорского двора не гонят — зато и совета в государственных делах не спрашивают. Живи, как хочешь, занимайся, если душа лежит, наукой либо коммерцией… Только ведь коммерция per se, сама по себе — это корабль, коим рулевые, сиречь приказчики, правят куда сноровистее владельца. На мне прежде лежало проталкивание в Сенате и коллегиях необходимых для Компании резолюций, защита от всевозможных посягательств и прочие сего рода заботы; теперь комиссию эту взял на себя Петр Шувалов, тоже солидный компанейский дольщик, и худо-бедно с нею справляется.
Наука? А почему бы и нет?! Нынешние опыты стоит продолжить. Масленичный полет, впечатлил он императрицу или нет, был великолепен. Полверсты, если мерять по прямой! Раза в полтора больше, коли учесть маневры на лету (способность совершать которые сама по себе должна считаться достижением величайшим). Обобщить свои предварительные расчеты и выкладки, привести в удобопонятную форму, издать в Академической типографии… На латыни, естественно. Кто пожелает оспорить, пусть приезжает: пущу Алешку прямо у него над головою… А еще лучше устроить показ в главнейших европейских столицах, это будет просто взрыв бомбы! Прямо в городе, конечно, не выйдет: скажем, в Париже есть Монмартр, однако склоны холма сплошь застроены или засажены деревьями. Ближайшее к Лондону место с хорошим перепадом высот — Дуврские скалы. Чего я там не найду в нужном количестве, это снега, льда и мороза. Нужно думать, как поженить летучую машину с колесной повозкой. Или, может, с зскимосской кожаной лодкой? Канава с водой, вдоль нее бежит резвая упряжка и тащит крылатого монстра… Почему бы артифициальной птице не быть водоплавающей?! Садиться на воду — всяко безопасней!
Словом, вариантов много. Надо пробовать. По возможности — не в Москве, чтоб не мешали. Здесь атмосфера недоброжелательства густа, как деготь. Шляхетство меня не любит, подозревая в намерении разорить поместья путем переманивания мужиков на компанейские заводы и в заморские колонии; лейб-кампанцы не любят вдвойне — в ответ на мнение о них, как ни на что не годных, отожравшихся на царицыной милости, бездельниках. Давно ли я шел с ними вместе, дабы посадить Елизавету на трон? Воистину, праздность — мать пороков! Высшие сановники… Ну, тут понятия любви и ненависти бессмысленны. Совсем иная логика отношений. Возле трона всегда бывает тесно, и проигрыш любого из царедворцев оборачивается выигрышем остальных. Шуваловы многим мне обязаны — однако в определенный момент сочли выгодным встать на противоположную сторону и поддержать канцлера. Не осужу — ибо давно вхож в сферы высокой политики; поэтому не исключаю для себя точно такой же способ действий. Но сейчас никакой способ не поможет вернуться на высоты, с коих не так давно сверзился. Сейчас — не вклиниться. Войны-то с турками нету…