Трудные дороги освобождения. Третья битва за Харьков
- Автор: Додонов Игорь Юрьевич
- Год: 2021
- Язык: русский
- Год: SelfPub.ru
- Жанр: Военная документалистика и анализ
Электронная книга - «Трудные дороги освобождения. Третья битва за Харьков». Краткое содержание книги:
Тем не менее в современной России есть исследователь, который готов объявить данные Г.Ф. Кривошеева не имеющими ничего общего с настоящими потерями Красной Армии под Харьковом и в Донбассе в начале 1943 года. Речь идёт о Б. Соколове. И чтобы читателю была ясна позиция этого автора, процитируем солидный отрывок его работы «Сражение за Харьков (февраль – март 1943 года)»:
«Принимая во внимание общее соотношение безвозвратных потерь на Восточном фронте, близкое 7:1, с учётом потерь германских союзников, такое же соотношение численности войск не выглядит невероятным (выше в своём тексте Соколов цитирует ту часть мемуаров Манштейна, где мемуарист определяет соотношение сил советских и германских войск на фронте группы армий «Дон» как 7:1 [39; 7] – И.Д.), но только для боевых частей и с учётом вводимых советской стороной пополнений, в том числе призванных непосредственно в части. О них как раз и говорил в своём рапорте Хауссер (выше Соколов также цитировал рапорт Хауссера [39; 2 – 3] – И.Д.). Этих людей бросали в бой не обученными, не обмундированными и почти не вооружёнными (одна винтовка на десятерых), и многие из них погибли или попали в плен в первых же боях. Это был один из важнейших источников колоссального недоучёта безвозвратных потерь в Красной Армии. В базе данных о безвозвратных потерях Министерства обороны, ныне выложенной в Интернете, я пока ещё не нашёл ни одного человека, который бы числился как призванный непосредственно в части. А таких среди погибших должно было быть миллионы… (выделено мной; многоточие поставлено самим Соколовым – И.Д.).
То, что эти необученные новобранцы не причиняли большого урона противнику, есть свидетельства с советской стороны. Так, Воронежский фронт в феврале 1943 года призвал непосредственно в части 20 902 человека, а в марте – 8 984 человека, получив за эти два месяца в качестве централизованного маршевого пополнения 20 838 человек. И это без призванных также непосредственно в части бывших “окруженцев”. При этом часть местных жителей призывного возраста, чтобы не возникало неприятных вопросов насчёт того, почему их не призвали в Красную Армию в 41-м, предпочитали причислять себя к “окруженцам”. Замечу, что общее число призванных непосредственно в части могло занижаться в донесениях армий и фронтов за счёт того, что часть призывников мобилизовывались непосредственно подразделениями – ротами и батальонами, и об их числе не докладывалось по команде (выделено мной – И.Д.).
[…]
Польза от этой «лапотной пехоты» могла быть только при наступлении на более или менее подготовленную оборону противника. «Вороны» (немцы называли таких новобранцев «воронами» из-за обычно чёрного и тёмно-серого цвета гражданских пальто или ватников, в которые они были одеты – И.Д.) подрывали собой минные поля, заставляли противника расходовать на своё уничтожение снаряды, мины, патроны и авиабомбы. Наконец, непрерывно атакующие «чёрные волны» изматывали немцев, действовали на психику обороняющихся. В обороне же от необученных призывников, почти не имевших оружия, не было никакой пользы. Также и при прорыве из окружения они были скорее обузой. Многие из них в условиях окружения предпочитали расходиться по домам, чтобы потом, при вторичном занятии Красной Армией данной территории, опять быть призванными в части. Несмотря на то, что в ряде донесений боевой эффект от применения «чёрной пехоты» оценивался очень низко, практика призыва непосредственно в части приобретала всё большие масштабы по мере освобождения всё новых и новых территорий. В последние месяцы войны, когда боевые действия шли уже на территории Германии и других стран Европы, непосредственно в части призывали освобождённых из неволи «восточных рабочих» призывного возраста. Огромные и совершенно неоправданные потери среди призванных непосредственно в части Сталина и его генералов и маршалов совершенно не волновали. Генералов беспокоило только то, что «ворон» приходилось кормить в обороне и в окружении, где их боевая ценность равнялась нулю. Вероятно, для Верховного Главнокомандующего жители оккупированных территорий были первыми кандидатами на стирание в лагерную пыль. С этой точки зрения их гибель на фронте должна была только приветствоваться: после войны НКВД меньше работы будет.