Королевский двор Франции в эпоху Возрождения

Период 1590–1599 гг. в жизни двора Маргариты А.-В. Солинья обозначила как «Княжеский двор», что, с одной стороны, вполне соответствует проявлениям его политической активности и уровню представительства, весьма отличного от двора королевского, но с другой, это название не отражает его организационно-церемониальную составляющую повседневного функционирования[1310]. Действительно, статус королевы Наваррской ни де-юре, ни де-факто не изменился, поскольку Генрих IV до 1594 г. не был помазан и коронован, и, соответственно, не был признан полновластным государем Франции. Положение Маргариты как супруги короля Наваррского, открыто порвавшей с мужем и в итоге до конца не примирившейся с семьей Валуа, только добавляло неопределенности. Это подвешенное состояние напрямую сказалось на ее доходах и положении ее двора. Так, в 1589–1593 гг. двор королевы столкнулся с самыми серьезными финансовыми трудностями, поскольку Генрих III не успел вернуть своей сестре отобранные в 1585 г. доходы с земель ее приданого, а Генрих IV перестал выплачивать ее содержание с пикардийских владений Бурбонов, вопреки обязательствам брачного контракта[1311]. В феврале 1592 г. в Праге скончалась Елизавета Австрийская, вдова Карла IX и подруга Маргариты, и ее вдовье довольствие, которым она делилась с золовкой, также перестало поступать в Юссон[1312]. В таких обстоятельствах королева могла рассчитывать только на свои немногочисленные доходы с Юссонской шателлении, составлявшие, по подсчетам Ж.-И. Марьежоля, всего 15 тыс. т.л. или 5 тыс. экю в год, большая часть которых уходила на содержание гарнизона[1313].

Восшествие Генриха IV — окончательное в 1594 г. — на престол Франции мало что изменило в жизни Маргариты. Оставаясь юссонской затворницей, королевой Франции без подтвержденного статуса, она вынуждена была выпрашивать средства к существованию у короля, с которым возобновила переписку в 1593 г., а заодно вести переговоры с его министрами об условиях их развода. Ее почетная свита продолжала служить королеве без всякого содержания, и поэтому была немногочисленной. А.-В. Солинья пишет, что главой ее дома в 1590-е гг. являлся граф де Шуази, Жак де Лопиталь (Jacques de l'Hôpital, comte de Choisy) (ум. 1614), однако этому нет документальных подтверждений. Впервые Маргарита упоминает его в своей переписке только в декабре 1605 г., сразу после возвращения ко двору и восстановления своего полноценного дома[1314]. Правда, Положение о доме королевы после 1586 г. не составлялось по причине отсутствия  финансирования и официального упразднения ее двора[1315].