Кто не спрятался, я не виноват…(СИ)

— Элизабет! Вы готовы? — голос Ходелла нарушил ход мыслей Джеймса.

— Крис… А это всё обязательно? — с сомнением в голосе уточнила девушка. Она совершенно не чувствовала себя виноватой перед той негодяйкой, с которой Джеймс завёл интрижку. Скорее даже наоборот — мысленно винила во всех своих злоключениях, в глубине души продолжая злиться на необходимость приносить извинения. Джеймс же напротив, занял нейтралитет, стараясь обходить в разговоре острые углы.

— Где снимать будем? — поинтересовался Крис, почесывая небритую щеку. Окинув взглядом гостиную дома, он неудовлетворенно дернул носом. Встретившись попутно взглядом с Элизабет, не смог не отметить несколько больших засосов на шее, — Хоупс, смени одежду! Вся шея синяя. Фанаты не дураки, а это — не аллергия!

— И что?! Пусть будет так.

— Я тебя лично придушу! Переоденься мигом! — рявкнул Ходелл, укоризненно посмотрев на Джеймса. Тот сосредоточенно репетировал текст, что, впрочем, не помешало ему увидеть недовольство агента.

— Выучил? Там всего несколько строчек…

— Ничего сложного… Скажу, как есть…

— Ты уже наговорил в прошлый, еле успели удалить… — фыркнул Крис, — Если мне нужно было бы опозориться, я бы и без тебя справился. Люк написал хороший текст. Твоя задача — прочитать его на камеру. Если ты не можешь сделать это без своих заскоков, то тогда какой смысл мне продолжать с тобой работать?

Джеймс невольно скривился. Таким разгневанным он не видел Ходелла уже довольно давно. Впрочем, агента можно было понять — возобновившийся скандал бросал глубокую тень на само агентство. Если первый раз такой ход привлёк к компании Ходелла максимально возможное внимание актеров, как начинающих, так и довольно известных, а так же продюсеров и режиссеров, то сейчас лишняя шумиха могла отпугнуть даже самых стрессоустойчивых звёзд. А Ходеллу легче будет попрощаться с одним, чем растерять всех.

— Ты извини, Джеймс, но за последнее время ты стал для меня занозой в заднице… Вместо того, чтобы сниматься в предложенных фильмах, ты перебираешь контракт за контрактом. Я конечно, понимаю, что ты разбираешься в этом ровно так же, как свинья в сортах желудей, но я пока еще твой агент, и как агент я теряю деньги. Какой смысл содержать тебя, если все, что ты мне даешь — это головная боль?

— Крис… Я сожалею, что так вышло. Думаю, что всё можно исправить… Запишем речь. Я поговорю с Натали…

— И не надейся! Чтоб близко к ней не подходил! Тебе ищейка ясно сказал — пока не улягутся страсти, не вздумай даже появляться рядом! И тут я с ним согласен. Узнаю, что ты с ней виделся — уволю нахер, — пригрозив толстым указательным пальцем, Крис уставился на Джеймса из-под кустистых бровей. Тот кивнул. Спорить не имело смысла.

— Готов?

— Да.

— Где Хоупс?!

— Иду я… — вяло произнесла Элизабет, одетая в водолазку цвета бургунди с высоким, закрывающим ее почти по самый подбородок, воротником. Крис удовлетворенно кивнул. Джеймс решил провести съёмку в кабинете, ранее принадлежавшем отцу. Фоном служили огромные деревянные полки с книгами, в детстве зачитанные им самим и сестрами до дыр. Особой любовью пользовался старенький томик Шекспира, сейчас почти потерявший свой вид, но не ценность. Джеймс зацепился за него взглядом, готовясь открыть всему миру свои отношения с Элизабет Хоупс. Зеленоватая, разлохмаченная обложка книги, словно невидимая поддержка старого доброго друга, успокаивающе вошла в его сознание.

“Добрый день!”

“Всем привет!”

“Я думаю, что вы все меня знаете… И знаете девушку, что сейчас сидит рядом со мной. Для тех, кто ее видит впервые — это Элизабет Хоупс — моя близкая подруга, актриса и драматург, с которой мы участвовали в спектакле «Отчаянье», если кто помнит”

“Привет еще раз!”

“Так вот… Мои дорогие, до меня дошли крайне неприятные слухи, что фанатское сообщество сейчас переживает не лучшие времена. Любящие меня, мое творчество… Я все ещё Ваш — Джеймс Уильямс! И хочу сказать, что из-за некоторой двусмысленности я попал в принеприятнейшую историю с одной из моих близких приятельниц. Девушка, не стану называть ее имени, подверглась грубому и отвратительному сталкингу со стороны кого-то из моих фанатов за то, что случайно попала в объектив фотокамер в моей компании. Это бесконечно огорчает меня. Прошу прекратить все преследования.”

“Я, Элизабет Хоупс, со своей стороны приношу извинения за произошедшее недопонимание с фандомом Джеймса Уильямса. По каким-то непонятным для меня причинам фотографии, послужившие поводом для преследования, попали в сеть с указанием меня, как отправительницы. Приношу еще раз извинения от своего имени…”

“Мои драгоценные, мои родные… Те, кто был со мной с самого начала и те, кто присоединился не так давно, я хочу сделать заявление, которого вы все ждете уже очень и очень давно… Мисс Хоупс и я, ваш покорный слуга, состоим в отношениях уже около четырёх лет, а поскольку вы все знаете мое отношение к женщинам, мое мнение касаемо любви, то я очень прошу вас всех принять данный факт, и оставить в покое мою личную жизнь! В противном случае мне придётся бросить не только соцсети, но и собственную карьеру. Увы, если вы заставите меня выбирать между личной жизнью и профессией, мне придется попрощаться с вами… За сим спешу откланяться, надеясь на ваш здравый смысл. Искренне ваш всем своим актерским сердцем — Джеймс Томас Уильямс и Элизабет Хоупс!”