Манекен за столом. Роман-антиутопия [CИ]
- Автор: Гуцу Юрий Павлович
- Язык: русский
- Жанр: Научная фантастика
Электронная книга - «Манекен за столом. Роман-антиутопия [CИ]». Краткое содержание книги:
В саду не то, чтобы ухожено. Но обжито, будто потрёпано. Орхидеи, неожиданных расцветок, похожие на танцовщиц, будто жалуются.
Я дошёл до дома. Большие окна высоко от земли были распахнуты настежь. Из одного окна вылетел яблочный огрызок. Несколько ярких птиц тотчас сорвались с дерева и набросились на него.
Я облюбовал себе гладкий ствол. Жаль, что до окна так высоко.
Я покрутил головой в листве, держась на тонких ветках. Окно находилось совсем рядом.
Длинный назойливый лист лез в глаз. Я смахнул его. Ветви тотчас угрожающе подались вниз.
Я замер, чувствуя, что сорвусь, потом вытянул шею и стал всматриваться в прохладную полутьму комнаты.
Поначалу я ничего не заметил, потом глаза привыкли, и я внезапно обмер. На маленьком диванчике лежала девушка. Она лежала на животе к окну головой, грызла яблоко и листала журнал. В полуденной тишине было слышно, как яблоко, твёрдое и сочное, потрескивает под крепкими белыми зубками. Я зачарованно смотрел, как девушка лениво пошевеливает голенью ноги, согнутой в колене. Светло-каштановые, в нежных завитках, как у ребёнка, волосы рассыпались по плечам. Я смотрел на длинные стройные ноги, слегка раскинутые в разные стороны по бархатистой обшивке диванчика, на гибкую спину с тонкой талией и двумя аккуратными впадинками на пояснице, на белые сдвинутые локти, на беспечное, свежее лицо с глазами в тени.
Девушка перевернула страницу, водя взглядом по иллюстрациям, потом потянулась за новым яблоком в вазе.
Мой взгляд был прикован к этому зрелищу, сердце стучало, казалось, что дерево шатается. Я вдруг испугался, что девушка может встать, и во рту пересохло, хотя я довольно хорошо переношу жару. Девушка подняла голову, оторвав взгляд от иллюстраций — это было простое, ничего не означающее движение — и увидела меня.
Наши взгляды встретились. Секунда тянулась бесконечно. Девушка забыла жевать, её лицо медленно вытягивалось, глаза округлились. Остолбенев, она смотрела мне прямо в глаза, а я, овладев собой, не отрывая, однако, от неё взгляд, крабом пополз назад по веткам.
Пришёл в себя я уже на стене. Перед глазами неотвязно стояла манящая картина… Ещё эта жара.
Я прыгнул в пыль со стены, коснувшись руками дороги, отряхнул ладони и пошёл домой, стараясь не обращать внимания на жару, которую я, кстати, хорошо переношу.
Забившись между камнями в стене, рыжая ящерица провожала меня сонным мутным взглядом.
Белое солнце застыло в белом небе.
Дома было тихо. Я прошёлся по пустым комнатам. Нашёл в кресле кипу новых журналов и, листая их, пошёл на кухню.
Пришла мама. Вначале я не услышал её быстрых шагов, а потом она заглянула на кухню.
— Пик! — сказала она, улыбаясь. — Здравствуй!
— Здравствуй, ма, — сказал я, жуя.
— Ты давно пришёл? — спросила она, осторожно трогая причёску.
На её лице, свежем, ещё очень красивом, появилось озабоченное выражение.
— Недавно.
— А что ты ешь?
— Я уже всё, — сообщил я. — Ты такая красивая сегодня!
— Правда? — На её лице появилась сияющая улыбка. — А как у тебя дела в школе?
— Прекрасно, — сказал я.
— Давно ты там был? — Взгляд у мамы стал очень внимательным. Проницательным.
— Как всегда, — сказал я. — Ты же знаешь. Ты всё у меня знаешь.
Она вдруг погрустнела при этих словах.
— Мне нужно поговорить с тобой, мой мальчик, — сказала она. — Пойдём.
Я вздохнул и посмотрел на неё укоризненно.
— Зачем это нужно? — мягко сказал я. — Совсем это не нужно.
— Нет, нужно, — сказала она, подталкивая меня в спину.
Мы пошли в гостиную, и мама, усадив меня на диван, села рядом и наморщила лоб.
— Мальчик, эти места… рядом с которыми тебя иногда видят, они волнуют меня. Их во многом подозревают.
— Ты напрасно тревожишься, — сказал я, но мама продолжала: — Родители Корки волнуются. Ты не представляешь, насколько эти места коварны. Я совсем не хочу, чтобы с тобой ничего не происходило.
— Ты лучше скажи, Лагуна не приходил?
— Нет, кажется. Ты у Экзотики спроси.
Она помолчала, а затем спросила:
— Как, журналы тебе понравились?
— Понравились, — сказал я сердито. Я чувствовал, что мне не верят.
— Ладно, — сказала мама. — Хватит, пожалуй, об этом. Я знаю, что ты у меня умница. — Она покладисто поцеловала меня в лоб. — Эти Корки меня просто разволновали.
— Вот-вот, — сказал я. — А ты и развесила ушки.
— Офис как держится метода! Способностей ноль, зато какое трудолюбие. В этой некондиционной жизни одно за счет другого. Еще проявит себя. В столице окажется. Его же здесь все знают. А в большом городе любой человеком может стать сразу. Абсурд все уши прожужжал. Ты идеалист. Нельзя жить просто так. Самому. Без цели. Как раньше.