Момент Макиавелли. Политическая мысль Флоренции и атлантическая республиканская традиция [Не менять название! Перенос части названия книги в это окно полностью удаляет эту часть названия из дескрипшена книги при скачивании!]
- Автор: Покок Джон Гревилл Агард
- Год: 2020
- Язык: русский
- Год: НЛО
- ISBN: 9785444814185
- Переводчик: А. Звонарева
- Жанр: Культурология
Электронная книга - «Момент Макиавелли. Политическая мысль Флоренции и атлантическая республиканская традиция [Не менять название! Перенос части названия книги в это окно полностью удаляет эту часть названия из дескрипшена книги при скачивании!]». Краткое содержание книги:
принятие решений, касающихся мира и войны, должно оставаться за сенатом… и, хотя его нельзя передать Совету, оно тем не менее будет зависеть от последнего, потому что именно там избирается решающий подобные вопросы сенат. Было бы, пожалуй, хорошо, если бы при объявлении войны это решение обсуждалось бы с Большим советом, как поступали римляне, которые обычно спрашивали народ, есть ли его воля и согласие на то, чтобы пойти войной на того или иного государя или республику, но все последующие решения (accidenti) должны оставаться за сенатом755.
Подобным же образом рассмотрением апелляций должен заниматься особый вид магистратур, заимствованный у венецианцев и носящий название Кварантии (Совета сорока). В этой связи Джаннотти отмечает, что signore государства или города, чьей proprietà по закону является эта функция, зачастую обнаруживает, что собственноличное ее отправление отнимает у него слишком много времени (можно предположить, что та же проблема времени заставила Джаннотти освободить Совет от accidenti, связанных с войной). По этой причине Большой совет, как signore Венеции, учредил Кварантию, а король Франции передал свою судебную власть четырем parlements756. В таком случае можно утверждать, что избирательные полномочия Совета гарантируют dependenza757 от него судебных полномочий, равно как и военных. Проблема заключается в страсти, с которой Джаннотти ранее доказывал, что город может быть свободным – то есть верховная власть может принадлежать Совету – в плане избрания должностных лиц, но несвободным в том, что касается исполнения этими лицами своих обязанностей. Именно по этой причине, если говорить о военных и судебных вопросах, республики 1494 и 1527 годов оказались жестокими и несвободными правлениями. Недостаточно было сохранить за Советом – как по-прежнему предполагал план Джаннотти – окончательное одобрение законов, поскольку не предполагалось, что ими можно регулировать военные и судебные функции.
Можно сгладить впечатление от постигшей Джаннотти теоретической неудачи, напомнив, что с его точки зрения, прежний произвол чиновников состоял не только в их неподотчетности Большому совету, но и в том, что одни и те же люди предлагали решения, принимали их и приводили в исполнение758. Уже одного этого достаточно, чтобы среди них возникли закрытые клики, ищущие собственной выгоды. Теперь он возвращается к высказанному им прежде предложению разделить consultazione и deliberazione и таким образом обеспечить ответственность людей за выполнение своих функций друг перед другом. Он подробно описал отношения сената с различными группами, составляющими Коллегию. Как в «Письме к Каппони», он употребляет слова «немногие» для обозначения органа, например Совета десяти, занимающегося consultazione, и «многие» – для обозначения сената, принимающего решения на основе предложений первого759. Впрочем, военные и судебные вопросы не достигают Совета, поэтому невозможно использовать термин «многие» в его обычном значении. Избрание должностных лиц считается одним из четырех видов власти, а не стоит особняком как высшая функция, определяющая остальные три. Отсюда Совет нельзя рассматривать как signore, который выполняет все четыре функции, а другого определения signore у нас нет. Разумеется, можно утверждать – и это звучит намного убедительнее, – что если Совет избирает сенат, Коллегию и гонфалоньера, он косвенно контролирует две из четырех функций, которые не подведомственны ему непосредственно, а потому намного меньше зависит от одного и немногих, чем они от него. Но проблема до сих пор заключалась в соотнесении представлений о меньшей dependenza с представлениями о signore, и нельзя сказать, что между ними был найден какой-то компромисс, и тем более что им было дано какое-то определение. Если мы увидим в предлагаемой Джаннотти теории signore и его четырех функций примитивную попытку сформулировать теорию суверенитета, мы можем добавить, что языковым недоразумениям, возникавшим при упоминании суверенитета в контексте смешанного правления и наоборот, суждено было преследовать политические теории вплоть до Американской революции и позже.
755
Ibid. P. 123: «Le deliberazioni della pace e guerra abbiano a terminare nel senato… e quantunque elle non passino nel consiglio, avranno pure da lui la dependenza, essendo da quello il senato, dove l’hanno a terminare, eletto… Saria forse bene, quando si ha a muovere una guerra di nuovo, vincere questa prima deliberazione nel consiglio grande (siccome facevano i Romani, i quali domandavano il popolo, se volevano e comandavano che si movesse guerra a questo ed a quello altro principe o repubblica); dipoi tutti gli accidenti di essa avessero a terminare nel senato».
756
Ibid. P. 157: «…è da notare che questo atto dell’ascoltare le provocazioni pare che sia proprietà di quello che è signore dello stato e della città: ma perché chi è signore, o egli non vuole, o egli non può se non con difficoltà tal cosa eseguire, perciò vediamo tale uffizio essere attribuito ad un altro giudizio dagli altri separato. Laonde perché in Francia il re non vuole, ed anco con difficoltà potrià occuparsi in tal faccenda, sono ordinati quattro parlamenti, i quali odono e giudicano le provocazioni di tutto il regno. In Venezia, perché il consiglio grande, che è signore di tutta la repubblica, non può fare tale effetto, perché bisogneria che stesse tutto l’anno occupato in tal materia (il che saria impossibile rispetto alle faccende private) sono ordinate tre quarantie…»; «…нужно отметить, что выслушивание прошений представляется полномочием правителя государства и города: но поскольку правитель или не хочет, или испытывает затруднения при исполнении этой задачи, мы видим, что это поручается отдельному суду. По этой причине король Франции, не желая или не имея возможности заниматься этими делами, учредил четыре парламента, которые рассматривают прошения всего королевства. В Венеции, поскольку Большой совет, который является правителем всей республики, не может этим заниматься, потому что он бы тогда весь год занимался только этим (что невозможно в случае частных дел), были учреждены три Кварантии…».
757
Зависимость (лат.). – Прим. ред.
758
См. его критику установлений 1502, 1512 и 1527 годов: Ibid. P 140–141.
759
См.: Giannotti D. Opere. Vol. II. P. 139–147 (в целом), 144–145 (в частности).