Электронная книга - «Зимний сон (СИ)». Краткое содержание книги:
А напоследок душа Не Минцзюэ поблагодарила Ванцзи и Вэй Усяня: они увидели перед своим внутренним взором глубокий поклон Чифэн-цзюня. И на этом сопереживание завершилось для всех.
Лань Сичэнь покачнулся и упал на колени. Не найдя в себе сил, что-либо произнести, он тихо заплакал. Это всё… это слишком много для него… Все эти годы он доверял и верил тому, кто убил его названого брата, дорогого его сердцу человека. Он поверил тому, кого следовало обходить десятой дорогой и проигнорировал слова человека, который множество раз доказывал честность своих намерений. И он… он напрямую причастен к гибели Не Минцзюэ. Лань Хуань словно задыхался от этих нахлынувших эмоций, а сердце было готово вырваться из груди. Сжав на груди ткань белого ханьфу, Сичэнь согнулся и почти лег на пол, он ударил кулаком о плиты… раз… еще раз… Боль от ударов не помогла прийти в себя, и тут же он осознал, что не может вдохнуть. Едва это понял Вэй Ин, как, опережая Ванцзи, подскочил к Лань Хуаню и нажал на несколько акупунктурных точек. Он помнил этот прием со времен жизни на Луаньцзан, когда его так успокаивала Вэнь Цин, стоило ему скатиться в бездну отчаяния. Сичэнь тяжело, с хрипом вдохнул и поднял свой взгляд на Мэн Яо.
====== 70. ======
Мэн Яо с ужасом в глазах смотрел на Не Минцзюэ. Даже после своей смерти он продолжает разоблачать его. Единственный человек, которого он так и не смог обмануть. В свое время только благодаря его дружбе с Сичэнем Чифэн-цзюнь закрывал глаза на многие темные дела Гуанъяо. Только лишь потому, что Лань Хуань доверял Яо, а глава Не доверял Лань Хуаню. Только из-за этого ему удавалось избежать многих провалов. А сейчас Чифэн-цзюнь самолично раскрыл его тайны, теперь невозможно сказать Сичэню: «Брат, это неправда, ты получил неверную информацию». И ведь это увидел не только Лань Хуань, но и все присутствующие, которые хорошо знают Минцзюэ и поверят в сказанное им, а не в его, Яо, ложь, какой бы правдивой она ни выглядела. Это конец всему, и ему не выйти отсюда живым.
– Яо, зачем? – произнес Сичэнь, едва отдышался.
– Брат… что ты хочешь услышать? – словно не поняв вопроса, спросил Мэн Яо.
– Зачем ты всё это сделал? Яо, зачем? Чего тебе не хватало? К чему это всё… все эти жертвы… всё это… – свои слова Сичэнь начал говорить громко, но к концу речи скатился на дрожащий шепот и, сидя на коленях, закрыл ладонями лицо.
– Брат… тебе никогда меня не понять… никому не понять, – произнес Гуанъяо.
– Ты повторяешь эти слова вновь и вновь, но, Яо, ты сам хоть раз пытался понять других? И пробовал донести до них свои мысли, чтобы быть понятым? Я был с тобой рядом столько лет и всегда поддерживал тебя в твоих начинаниях, успокаивал в печалях, искренне радовался твоим успехам, так почему же ты говоришь, что я тоже не смогу тебя понять? – слегка хриплым голосом произнес Лань Хуань. Он встал с колен и приблизился к Мэн Яо.
Цзинь Гуанъяо, глядя на него, попытался выдавить из себя улыбку, но его губы дрожали и отказывались слушаться.
– Яо, почему ты молчишь? – спросил Сичэнь.
– Мне нечего тебе ответить, брат. Сейчас, чтобы я ни произнес, поверишь ли ты в мои слова? – ответил Гуанъяо.
– Поверю.
– Аха-ха-ха… – Яо неожиданно рассмеялся. – Сичэнь, ты был всегда так добр ко мне, и даже сейчас, когда Чифэн-цзюнь открыл тебе правду о моих грехах, ты говоришь, что поверишь мне. Ты поистине равен небожителям в своей праведности и доброте. Видимо, только один ты мне и верил всегда…
– Неправда, – серьезным голосом произнес Лань Хуань, – Минцзюэ изначально доверял тебе в равной степени, как и мне. Он уважал тебя. Ты ведь сам только что всё видел и чувствовал в сопереживании.
– Минцзюэ… опять ты говоришь о нем… – слова Мэн Яо наполнились ядом, – когда бы мы ни встретились, где бы мы ни были, ты всегда говоришь о нем… восхваляешь его, превозносишь его заслуги, его добродетель. Где ты увидел в нем добродетель?! Где? Или вечно носишься со своим братцем… Ванцзи то, Ванцзи это… Твой брат омерзителен… Они оба отвратительны мне! Минцзюэ и Ванцзи! Только они имели для тебя значение… только они… – его голос после громких криков стал едва слышим. – А что же я?! Я ничем не хуже них! Ничем! Но ты… ты каждый, каждый раз вновь и вновь хвалил их, рассказывал, какие они замечательные… а потом… потом и вовсе женился… бросил меня…
– Яо! Ты говоришь полный бред! – Лань Хуань не выдержал и начал разговаривать громко и даже немного грубо. – Вы все мои самые близкие люди, как я могу не говорить о них тебе, а о тебе при них? И причем здесь моя женитьба? Моя супруга к тебе не имеет никакого отношения! – в последнем он слукавил, но Вэнь Цин изначально не имела к Мэн Яо никакого отношения, она стала жертвой только из-за своей фамилии.
– Причем женитьба? Ты даже не познакомил меня с этой женщиной! Я ни разу не видел твоих детей, даже когда посещал Облачные глубины. Так о каком доверии ты можешь говорить? Я никогда не был частью твоей жизни… никогда… – словно обреченно ответил Гуанъяо.
– Моя супруга так решила. Это ее право – желает она познакомиться с моими друзьями или нет, как и воспитание детей, их круг общения и знакомств выбираю не только я, но и она. Яо, но какое отношение это всё имеет к совершенному тобой поступку? Ты вновь уводишь меня от главной проблемы, – произнес Сичэнь.
– О… значит я не достоин быть представленным твоей жене… Ну, конечно, я ведь не какой-то там именитый заклинатель… – со смешком ответил Мэн Яо.
– Яо! – крикнул Лань Хуань. – Зачем ты сотворил такое с Не Минцзюэ? – чеканя каждое слово, спросил он. – Не смей увиливать или переводить тему.
– Ты, вроде бы, в сопереживании уже получил ответ на этот вопрос, – пожав плечами, ответил Цзинь Гуанъяо.
– Неужели только из-за этого? Тогда господину Вэю следует вырезать все кланы, ведь они посмели неоднократно выступить на него с походом, намереваясь убить с особой жестокостью, – с недоумением произнес Сичэнь.
– Да как ты не поймешь! Я ненавижу! Ненавижу его! – прокричал Яо, действительно, с дикой ненавистью глядя на Чифэн-цзюня. Сичэнь проследил за его взглядом и тоже посмотрел на Не Минцзюэ.
Все были настолько сильно поглощены диалогом Сичэня и Гуанъяо, что напрочь забыли о раненом Су Ше. Он медленно перемещался в сторону своего господина и стоило Лань Хуаню перевести взгляд на Минцзюэ, как молниеносно подбежал к Мэн Яо и разрезал мечом веревки божественного плетения, после чего вознамерился напасть на Сичэня.
– Сичэнь! Сзади! – выкрикнул Хуайсан, и Лань Хуань смог увернуться от атаки Миньшаня и, выхватив Шуоюэ, полоснул по нему. Сичэнь не убил Су Ше, но серьезно ранил, и тот упал на пол прямо у ног Мэн Яо.
– Господин… – прохрипел он, обращаясь к Цзинь Гуанъяо.
– Миньшань, ты совсем забыл о том, что я тебе приказал? Вроде бы я четко дал понять, что Сичэнь неприкосновенен, и за любую попытку нанести ему вред нарушителя ожидает смерть, – Яо взял из ослабевших рук Су Ше его меч и в один удар проткнул ему сердце. Все в ужасе уставились на это.
У Сичэня задрожали руки, и он начал отступать в сторону Не Минцзюэ. Он просто не верил своим глазам. Су Миньшань верой и правдой служил Яо столько лет, от его имени творил всевозможные зверства, оставаясь преданным этому мерзавцу до последнего вздоха, а он его вот так запросто лишил жизни.
Вытащив окровавленный меч из тела Су Ше, Мэн Яо выпрямился и, слегка склонив голову на бок, посмотрел на Сичэня.
– Брат, ты что, боишься меня? – с каким-то недоумением в голосе спросил он. – Я никогда не наврежу тебе и другим не позволю этого сделать. Я всегда смогу защитить тебя, в отличие от них, – и он махнул мечом в сторону Ванцзи и Вэй Ина. – Твоя супруга тоже не сможет тебя защитить. Ты же это понимаешь. Только мне под силу сделать это. Пойдем со мной, Сичэнь. Я отдам тебе всё, что имею… – все шокированно смотрели на Яо, произносящего такие слова. Казалось, что в его сознании смешалось всё: обиды, ненависть, злость, разочарование, несбывшиеся мечты и фантазии, груз совершенных злодеяний… Он словно погрузился в какое-то полубессознательное состояние и не совсем отдавал отчет тому, что говорит и делает.