Узники Кунгельва (СИ)
- Автор: Ахметшин Дмитрий
- Язык: русский
- Жанр: Ужасы
Электронная книга - «Узники Кунгельва (СИ)». Краткое содержание книги:
- Я была в ярости. Я любила свою жизнь и не хотела исчезать. Но я не хотела, чтобы муж и родственники, вся эта орава кровососов, видели меня такой. Слабой. Просматривая в газете объявления, я наткнулась на рекламу оздоровительного центра в Марксе. Дом с башней на самом берегу озера показался мне вполне приемлемым местом, чтобы умереть - если, конечно, приемлемые места для этого вообще существуют... послушайте, я хочу получить своё послание.
- Сначала дослушаем вашу историю до конца. Она очень интересна... вообще-то ваш муж уполномочил меня передать его, только если вы расскажите мне всё. Закроете все белые пятна.
Наталья передёрнула плечами, будто поправляя сползающий шарф.
- Если вы ждёте интересного или поучительного рассказа, вы не по адресу. Я почти закончила. С тех пор я живу здесь и покорно жду смерти. Иногда кажется, что она зайдёт за мной сегодня же вечером, и тогда я думаю, что стоит на всякий случай уложить чемоданы. Звучит глупо, но пару раз я так и делала. А на следующее утро разбирала. Меня мучают боли в пояснице, иногда проявляется желтуха, но в остальном всё довольно приемлемо. Жить можно. Когда я встречаю смертельно больных людей - у каждого из них всегда внутри сидит кузнечик, такой крупный, с палец величиной, с большими фасетчатыми глазами, и стрекочет - я стараюсь предупредить их об этом. Мало кто воспринимает мои слова всерьёз. А летом меня сбивают с толку настоящие кузнечики. Особенно здесь, в лесу.
На тонких, желеобразных губах возникла и тут же пропала колючая улыбка.
- Здесь лучше, чем где бы то ни было. Здесь мне иногда снятся сны. Я становлюсь другим человеком, проживаю десятки и десятки жизней. Называюсь разными именами и по-разному выгляжу. Там бурлят страсти, а люди, которые со мной в этих снах, полны эмоций. Рядом с ними я снова чувствую себя молодой. Иногда даже влюблённой.
Она врёт, - подумалось Юре. - Здесь никому не снятся сны. Потому что великая глотка...
- Наверное, только поэтому я до сих пор ничего с собой не сотворила. Просыпаясь, я чувствую небывалый подъём. Как после лечебной электрической терапии или соляной ванны, только вот здесь, в голове.
- Вы помните, как эти сны заканчиваются? - спросил Хорь, сбитый с толку.
- Не всегда, - сказала Наталья, и голос её ёкнул. Она не стала развивать эту тему, переключившись на другую: - Один раз я всё же сделала вылазку в большой мир.
- Два года назад, - подсказал Виль Сергеевич. Его ощеренные зубы и лихорадочно блестящие глаза были похожи на кусочки трумалина.
- Да, наверное, именно тогда. Я услышала стрекот... знаете, он был похож на рёв взлетающего самолёта. Сначала еле слышный, он нарастал с каждой прошедшей неделей, и вот настал момент, когда я уже не могла спать. Стоит ли говорить, что больше никто его не слышал? Я перестала видеть свои сны... мне было плохо. Очень плохо, а перед глазами всё время стоял бывший муж. Я поняла, что должна его навестить. У меня оставались кое-какие сбережения... если честно, я давно их не проверяла и думала, что большая часть ушла на оплату комнаты, но всё было на месте. Словом, я взяла такси. Чем ближе я подъезжала к родному городу, тем сильнее становился стрекот. А в парадной дома, в котором мы с Моше жили, я вообще просидела около часа, пытаясь привыкнуть к этому невыносимо громкому звуку. Кузнечик сидел внутри моего мужа. Я, кажется, пыталась уговорить его поехать со мной, но упрямец не согласился, даже когда я высказала ему всё напрямую.
- В такое сложно поверить, - сказал Виль Сергеевич. - И тогда вы оставили ему письменное послание...
- Возможно. Я не помню. Я вдруг почувствовала боль. Как будто... как будто, знаете, меня разрывают на лоскуты. И поняла, что нужно возвращаться, немедленно.
- Вы написали: "Ищи меня в луже".
- Правда? - на лице Натальи впервые возникли какие-то эмоции. Удивление в её исполнении было похоже на тень птицы, скользнувшую по земле. - Я не помню. Что бы это значило?.. Уже, наверное, не важно. Кузнечик затих, Моше предпочёл скорее умереть, чем поверить мне. Вот и вся история. Ничего необычного, верно? А теперь выкладывайте. Что он просил мне передать?
Прежде чем детектив успел открыть рот, Юра подал голос:
- Здесь какая-то ошибка. Вы говорите, что приехали сюда в возрасте сорока девяти лет... но это неправда. В тридцатых Дом отдыха для Усталых переехал в город. Туда, где теперь располагается "Дилижанс". А в семидесятых "Зелёного ключа" уже не существовало. Это здание было заброшено.
- Никакой ошибки нет, - женщина удостоила Юру полным презрения взглядом. - Я прекрасно помню фотографию в "Невской правде". И текст над ней, располагавшийся вот так, полукругом, - она выгнула ладонь: "Погрузив в круглое озеро душу, чувствуйте как зарастают телесные раны". Немного помпезно и не сказать, чтобы очень поэтично, но мне тогда не из чего было выбирать. Я искала место в глуши, как старая сойка ищет уступ высоко в горах, где можно в последний раз почистить перья. И я, как мне кажется, его нашла.
Её искательный взгляд вновь устремился к Вилью Сергеевичу. Судя по напряжённому ожиданию, отразившемуся в опустившихся скулах и крепко сжатых губах, его физическое состояние, которое ввергло бы любого другого человека в шок, скользило по её сознанию лёгким, едва уловимым ветерком за гранью восприятия.
- Погрузив в озеро душу... - повторил детектив и поднял испачканные в крови и склеенные чем-то липким брови. - А знаете, я рад, что всё-таки вас нашёл. Несмотря на то, что сам вляпался в то, что искал, по самые ноздри... да, да, я помню про послание, не смотрите на меня так. Оно состоит в следующем: "Милая Наташа! Я безумно хочу снова тебя увидеть. Даже после того, как меня не станет. Я предчувствую, что ты была права, и сейчас часы в спальне отмеряют последние отпущенные мне минуты. Где бы ты ни была - если посыльный и мой дорогой друг найдёт тебя, - возвращайся и будь всегда рядом со мной".
По лицу женщины пробежала рябь. Резко запахло алкоголем, словно все скопившиеся в её организме газы просочились наружу через кожные поры.
- Это неправда! Покажите мне письмо!
- Нет никакого письма. Моше, старый хитрец, передал мне послание на словах. Мы разговаривали по телефону незадолго до его смерти.