Cудьба [litres]

Я считаю, что даже победа Но Мухёна на президентских выборах в 2002 году не была обусловлена навыками или способностями нашего лагеря. Хотя, конечно, усилия всех имели большое значение, серьезным фактором была поддержка со стороны общественности, которую получал лично Но Мухён. Важную роль сыграли фактор случайности и драматический процесс, которые, казалось, были уготованы самой судьбой. Когда говорят, что победа Но Мухёна стала возможной благодаря силе лагеря прогрессистов и реформистов, я думаю, что это лишь наполовину соответствует действительности.

Если мы собираемся поговорить о надеждах президентских выборов 2012 года, то нам необходимо взглянуть на наше нынешнее положение. Мы должны начать с тщательного пересмотра наших возможностей и ограничений в парадигме успехов и поражений за пять лет «Правительства участия», и даже за десять лет демократического правительства.

Конечно, при проведении анализа и критической оценки в авангарде должны стоять мы – те, кто непосредственно занимался государственным управлением. Мы должны со всей строгостью пересмотреть период нахождения у власти и глубоко поразмыслить о том, сделали ли мы все возможное. Поэтому, когда граждане наделяют правительство властью, оно должно иметь тщательно проработанный план всестороннего государственного управления. Оно должно собрать самых выдающихся людей, не только с точки зрения моральных качеств, но и с точки зрения их способностей. Если меня спрашивают, была ли президентская администрация при «Правительстве участия» в самом деле такой, я со смирением оглядываюсь назад. Тогда у нас, и у меня в первую очередь, не было опыта. У всех нас были стремления и замыслы, достойные похвалы, но если задуматься о том, были ли мы лучшими помощниками с точки зрения способностей, то в таких случаях мы всегда испытывали лишь неловкость перед президентом. Проблему представляли наша недостаточная компетенция, и неопытность, и несовпадение идеалов с действительностью, и многое другое. Невозможно это отрицать или делать вид, что все в порядке.

В таком случае возможно ли только силами политической власти достичь уровня «государства всеобщего благосостояния» и масштабных реформ, которых требует лагерь прогрессистов и реформистов? Я думаю, это нелегко в текущей политической матрице нашего общества. Я думаю, что именно это доказало «Правительство участия», именно это и есть тот урок, который оно нам преподало.

Президент Но Мухён и «Правительство участия», казалось, были «изолированными островками» в мощных потоках консервативных сил, управляемых общественным мнением и традиционными устоями, которые составляют основу нашего общества. Реформы столкнулись с повсеместным сопротивлением консервативных сил и их законными правами, а в итоге и разбились о них. Несмотря на то что мы проводили политику всеобщего благосостояния в условиях верховенства консервативной идеологии, гласящей: «Меньше госре-гулирования – добро, больше – зло», – мы натолкнулись на непреодолимую стену. И даже лагерь прогрессистов и реформаторов, которому не удалось объединиться и выйти за рамки меньшинства, не смог собрать все свои силы в этих обстоятельствах и раскололся в процессе борьбы за гегемонию.

«Правительство участия» было атаковано с двух сторон: и правыми, и левыми. Обычно, если вас критикуют консерваторы, то вы должны получить одобрение со стороны прогрессистов, но прогрессисты тоже отвернулись от нас и осыпали нас упреками. А сейчас исчезли ли или хотя бы уменьшились ли эти стены и это сопротивление? Кажется, такая иллюзия может возникнуть, так как правительство Ли Мёнбака плохо справляется и не пользуется поддержкой. Однако закономерно, что в момент прихода новой власти это сопротивление заиграет новыми красками и усилится. Я хочу подчеркнуть, что если прогрессисты и реформаторы провалятся в деле консолидации своих сил, то любое демократическое реформаторское правительство неизбежно пойдет по тому же пути, каким бы ни было его начало.