Мифы о прошлом в современной медиасреде. Практики конструирования, механизмы воздействия, перспективы использования

Поскольку речь идет о межличностных сетях, спектр слабых связей прямо замкнут на психологических характеристиках индивида, в первую очередь, на коммуникабельности. Чаще всего для самого индивида слабые связи формируются объективно, стихийно и ситуативно. Он может только научиться обращать внимание на циркулирующую в них информацию и обратить ее себе на пользу. Вопрос об управлении социальными сетями и их конструировании М. Грановеттер готов поставить на уровне сообществ, но не индивидов. Однако прямо он его не рассматривает.

Возможности построения сетей увеличиваются в условиях применения дистантной коммуникации, максимально упрощающей процедуру установления контакта. Интернет в этом отношении радикально превысил возможности стационарной телефонии: если первая обеспечивает доступ к абоненту, то второй одновременно выступает источником разнообразной информации о пользователе (имя/псевдоним, профессиональный статус, круг интересов и проч.).

Действительно, появление компьютерно — опосредованной коммуникации само по себе существенно повысило долю горизонтального сетевого взаимодействия в общем объеме интеракций, изменило масштаб и уровень его эффектов. Рост социальных, эстетических и политических движений, использующих сначала Интернет, а затем — технологии «умных толп», стал одним из признаков глобализации.

Именно поэтому М. Кастельс обозначил информационное общество как сетевое. Сеть, по его определению, — это комплекс взаимосвязанных узлов, конкретное содержание каждого из которых зависит от характера той конкретной сетевой структуры, о которой идет речь[54]. Рост числа и видов сетевых структур переводит информационное общество в стадию сетевого, этот переход М. Кастельс подробно рассмотрел в работе «Восхождение сетевого общества», первой части трилогии «Информационная эпоха: экономика, общество и культура»[55], опубликованной в 1996 г. В ней М. Кастельс отмечает базовые социальные изменения «новой волны»: глобальность, децентрализация, переход от массового производства к гибким формам (включая удаленную занятость). Сетевое общество (сетевую структуру) он определил как социальную структуру, характеризующую, пусть и с большим разнообразием проявлений в зависимости от культурной и институциональной специфики, информационную эпоху развития общества[56]. Сетевые структуры обеспечивают гибкость фирм, индивидов и стран, без которой невозможна адаптация к вихреподобной смене конъюнктуры в области капитала, спроса и технологий. В целом позицию М. Кастельса можно свести к следующему: децентрализованные, сетевые и глубоко укорененные процессы социального изменения, использующие информационные и коммуникационные инструменты и создающие новое общество, находясь внутри его, являются новым алгоритмом социальной трансформации. Электронная коммуникация вызывает массовый рост социальных сетей и сетевых интеракций.