Польская политическая эмиграция в общественно-политической жизни Европы 30−60-х годов XIX века [litres]

После отъезда Бреаньского в Париж созданный в Яссах Комитет продолжал работать, объединив вокруг себя 70 членов. Располагая собранными взносами, он приобрел недвижимость в городе и ожидал денежных поступлений из Парижа. Продолжалось и военное обучение эмигрантов под командой члена Комитета Шольцкого. Но деятельности консервативной группировки мешало сопротивление демократической эмиграции, она была многочисленнее и обладала большим влиянием на молодежь. Противоречия выплеснулись наружу на собрании ясских эмигрантов в декабре 1862 г., и лишь с большим трудом Милковскому удалось добиться известного примирения. Демократически настроенные эмигранты оказались сильнее, и сторонники аристократической партии не смогли завоевать влияние в кругах польской молодежи, находившейся в Молдавии, и помешать сторонникам восстания в его подготовке. В целом деятельность консерваторов на Востоке ограничивалась в основном поддержанием связей с Кавказом и южными славянами. При этом агентура Отеля Ламбер вступила в контакт с русскими революционными эмигрантами. Это было связано с сотрудничеством в деле пересылки в Россию пропагандистской литературы, предусмотренным в заключенном в начале 1862 г. соглашении Отеля Ламбер с Герценом и Огаревым. 3. Йордан просил брата Владислава о помощи его агентов в организации пересылки. Помогать ему с русской стороны должен был В. И. Кельсиев, которого в октябре 1862 г. направили в Стамбул М. А. Бакунин и связанный с Отелем Ламбер И. Коссиловский. Вместе с Владиславом Йорданом и Витольдом Чарторыским Кельсиев пытался наладить пересылку через черкесов номеров «Колокола», предназначенных для агитации среди русских офицеров на Кавказе, «дабы они, – как писал Бакунин Коссиловскому, – восстали вместе с польским восстанием и вместо того, чтобы душить черкесов, бессарабов, грузинов и украинцев, шли бы освобождающим сплочением прямо на Москву». Существовал также план Витольда Чарторыского при помощи Кельсиева создать в Стамбуле русское агентство, которое осуществляло бы связь с болгарами, персами и бухарцами. Однако этот план отпал, так как Бюро Отеля Ламбер ревниво оберегало свои связи и влияние в славянском мире и на Кавказе и тем более боялось «дурного» влияния русских, а именно побуждения балканских славян к борьбе против турецкого гнета и против католической пропаганды. Поэтому общий проект издания журнала для болгар «Цареградските книжитци» не был осуществлен, и русско-польское сотрудничество в издательской сфере ограничилось созданием в Стамбуле склада для пересылаемой литературы. Но агенты Отеля Ламбер Шумляньский и Шульчевский, которым было поручено заниматься отправкой русской революционной литературы из Лондона в Стамбул, плохо исполняли это задание, что вызывало упреки Бакунина. Не получило осуществления и то условие соглашения между аристократической эмиграцией и русскими революционными демократами, которое предусматривало взаимное предоставление средств печатной пропаганды. Герцен не поместил в «Колоколе» ни одной из статей сторонников Чарторыских ввиду их открыто реакционной тенденции. В свою очередь, революционный призыв, содержавшийся в выступлениях русской демократической эмиграции, шокировал польскую аристократию и связанную с ней французскую прессу; поэтому опубликовать статьи Герцена, Огарева, Бакунина в парижских изданиях не удалось294.