Польская политическая эмиграция в общественно-политической жизни Европы 30−60-х годов XIX века [litres]

Акции, направленные на оживление «восточного вопроса», должны были отвлечь польское общество от повстанческих устремлений, создав впечатление, будто возможные неудачи России в кавказской войне и на Востоке в целом могут при поддержке Запада обернуться благоприятной ситуацией для обретения свободы Польшей иным путем, помимо восстания. В обострившейся обстановке эта старая тактика аристократической эмиграции становилась для нее особенно необходимой. Но на «восточном направлении» произошли изменения, препятствовавшие Отелю Ламбер осуществлять руководство политикой в этом регионе. Ему пришлось соперничать не только с активно действовавшей на «восточной территории» демократической эмиграцией, но и с новой эмигрантской организацией, настроенной лоялистски по отношению к царизму. Согласно агентурным данным, в январе 1862 г. на собрании польских эмигрантов в Стамбуле прозвучали требования умиротворения Польши и подчинения ее воле российского императора. Выступивший с речью некий Дембицкий на исторических примерах доказывал беспочвенность надежд на Европу и, в частности, на Францию, и осуждал национальное движение в Королевстве Польском как «дело рук Мерославского, католических священников и римской курии». Подобная позиция, утверждал оратор, вводит «в заблуждение мирных людей, которым в конце концов придется жестоко расплачиваться за то легковерие, с каким они прислушивались к лживым подстрекательствам». «Поляки, – заявлял он, – чувствуют себя обязанными держаться истины, потому что всякое заблуждение приходилось дорого оплачивать; не увеличивая число жертв мы докажем свой патриотизм, а как раз наоборот, если мы искренне любим свою родину, мы должны стараться установить там мир и дать нашим соотечественникам пример умеренности, спокойствия и терпения». Собрание постановило связаться с Польшей и пропагандировать там идеи лоялизма, а также распространять их среди славян в Турции. Это решение поддержали 280 из 320 польских эмигрантов, находившихся в Стамбуле. Они избрали Совет из 12 членов под председательством Дембицкого и обратились к премьер-министру Турции Аали-паше с петицией, заявив о своей преданности Высокой Порте и прося ее о поддержке. В петиции излагались мотивы создания новой партии: «видя, с каким ожесточением отдельные личности хотят заставить поляков прослыть возмутителями и врагами общественного порядка, как они распространяют всякого рода оскорбительные слухи с целью не дать пробудиться симпатии, которую может вызвать польское дело», группа польских эмигрантов в Турции решила «воспрепятствовать такому положению вещей» и «объединиться в единый лагерь» не для того, чтобы представлять какую-либо новую доктрину, а для взаимопомощи, для опровержения всякой клеветы, направленной против Польши и польской эмиграции, для защиты польского имени. Избранный Совет обязывался представлять интересы эмигрантов и по мере сил содействовать турецкому правительству. Он ходатайствовал о предоставлении новой партии самоуправления, а Совету – права выдавать ее членам свидетельства на получение турецких паспортов, а также просил передавать ему на рассмотрение все дела, касающиеся польской эмиграции в Турции291.