Хрущёвская слякоть. Советская держава в 1953–1964 годах

Наконец, 27 мая 1955 года в Белград вылетела представительная советская партийно-правительственная делегация в составе Первого секретаря ЦК КПСС Н.С.Хрущёва (глава делегации), председателя Совета Министров СССР Н.А. Булганина, его первого заместителя А.И.Микояна, секретаря ЦК КПСС Д.Т.Шепилова и первого зам. министра иностранных дел СССР А. А. Громыко.

Этот визит продлился целую неделю, вплоть до 2 июня 1955 года, и в ходе него состоялось немало двусторонних и конфиденциальных встреч, в которых с югославской стороны приняли участие маршал Посип Броз Тито, занимавший сразу три поста — Президента, председателя Союзного исполнительного Вече (правительства) ФНРЮ и Генерального секретаря ЦК Союза Коммунистов Югославии (СКЮ), его заместители по союзному правительству Эдвард Кардель и Светозар Вукманович, глава Союзной народной скупщины ФНРЮ Моша Пияде и министр иностранных дел Коча Попович. Как пишут ряд мемуаристов, между членами обеих делегаций практически сразу установились вполне рабочие и даже дружеские отношения. Однако по мере расширения рабочих контактов стала очевидна и полемика между рядом собеседников, отчего возникла «большая путаница в головах». В этой ситуации И.Б. Тито предложил, чтобы во всех теоретических спорах самостоятельно разобрались Д.Т. Шепилов и Э. Кардель, с тем чтобы главы делегаций смогли заняться другими важными проблемами[668].

Несмотря на дружескую атмосферу, переговоры продвигались достаточно трудно, в частности из-за того, что И.Б.Тито особо настаивал на том, чтобы в итоговой Декларации был в обязательном порядке зафиксирован тезис о полном равенстве двух партий и невмешательстве КПСС в дела СКЮ, что «позволит покончить с практикой сталинизма». В свою очередь Н.С.Хрущёв всячески избегал бесед на тему личной ответственности И.В. Сталина за резкое обострение советско-югославских отношений и пытался защитить усопшего вождя от необоснованных нападок югославского руководства. Ещё одним камнем преткновения стала острая полемика по поводу особых отношений Югославии со странами Запада и подписания Балканского пакта. Однако в сухом остатке все эти противоречия были сняты и даже признана полезность сохранения существующих контактов Югославии и со странами НАТО, и со странами ЗЕС. Не меньше разногласий было по хозяйственным вопросам, но в итоге советская сторона согласилась списать с Белграда задолженность в размере 90 млн долларов и предоставить ему новый многомиллионный кредит, что было зафиксировано в отдельном соглашении о дальнейшем развитии торгово-экономических отношений двух стран. По данным Б.С. Новосельцева, уже в начале 1956 года был подписан советско-югославский договор, который предусматривал предоставление Белграду денежного кредита в размере 285 млн долларов, товарного кредита в размере 54 млн долларов и девизного займа в размере 30 млн долларов[669]. Аналогичные соглашения были подписаны и по вопросам развития научно-образовательных и культурных связей. Но самое главное состояло всё же в другом — в заключительной Белградской декларации, подписанной Н.С.Хрущёвым, Н.А.Булганиным и И.Б.Тито 2 июня 1955 года, была признана историческая возможность строительства социализма разными путями, что на практике означало только одно: Москва впервые отказалась от «универсальности советского опыта» и вновь признала НРФЮ полноценным социалистическим государством[670].