Тайны гор, которых не было на карте [calibre 4.19.0]

Манька посмотрела на Дьявола с болью. Делиться с ним своими чувствами она не собиралась. Она размашисто махнула железным посохом, срубив траву.

– Три идиота, которые посчитали себя святыми! Они тоже забили на тебя. Это ты их в горы привел, и проклятые города им показал, как мне. Они, может, не обижались, потому что обижаться на того, кого нет – глупо!

Дьявол уставился на нее, потеряв дар речи, хватаясь за сердце.

– Они сами себя так называли! – оправдалась Манька. Сердце у Дьявола не было, инфарктами он не заболел бы, но нехорошо как-то называть плохими словами хороших людей… – Во сне, когда мы уже могли разговаривать. Я им рассказала, что я из нашего времени, и что у нас, чем больше человек вампир, тем он больше шишка, а они сказали: «Вот мы – ТРИ ДУРАКА, пока собирали поленья, люди родились, женились, умирали – и никому в голову не пришло идти вслед Дьявола! Маня, а ты, почему пошла за ним? ТОЖЕ ДУРА?!» – Манька наклонила голову, хитро прищуриваясь. – Если ТОЖЕ, значит, ТОЖЕ ДУРАКИ?! Конечно, и я дура, в деревне хуже меня никто не жил… – согласилась она. – Разве кузнеца господина Упыреева язык повернется дураком назвать? Вся его жизнь – доказательство праведности, а моя – кому в пример? Я разве не за тем пошла, чтобы достать себе жизнь, как у господина Упыреева? Да, есть земля, есть Борзеевич… – Манька задумалась, спохватившись, и обиженно уставившись на Дьявола, который наблюдал за нею внимательно: – Какой-то ум у меня сегодня неправильный… Дьявол, а почему я про избы, про землю вспомнила в последнюю очередь? Это от болезни?

– Вот именно! – подтвердил он. – Сама подумай, вот человек, плюет, или наоборот, расставляет сети… Он занят делом, и для него, обиженного или радостного, господин Упыреев – пуп вселенной, «ты мне, я тебе» – идея фикс, а как за бортом не остаться – мысли вслух… Разве будет у него голова болеть о том, что тебе дорого? А когда тварь поднимается из земли, поворачивая мышление человека на себя и на свои нужды, она не интеллектуальнее своего создателя. Человек – открытая книга, в которой все страницы исписаны, и судит он горсткой нелюдей, имя которым сыны человеческие. Так что, суди, да не засуживайся! Вот, не стали они тебя слушать… – Дьявол посмотрел куда-то в себя, проверяя, все ли осталось так, как должно, своим искрометным юмором она могла разрушить его любимые планы, внушив безусловной надежде, что помилование человеку не стоило добывать. Выдавил вымученную улыбку. – Маня, не смей так говорить, когда не сможешь потом простить себе! Жизнь их была непредсказуемой… Знаешь ли ты, что те два полена, которые исторгли из себя ветвь неугасимую, есть у тебя только потому, что каждый из них смог вырастить дерево? Вдруг они ради тебя старались?

Пришла очередь Маньки задуматься. Странно как-то: она дала им неугасимую ветвь, которая вернулась к ней поленом. Получается, у дерева не было ни конца, ни начала? Возможно, Дьявол говорил правду. Не будь поленьев, у нее вообще не осталось бы шанса противопоставить себя нечисти. Наверное, она тоже бы подумала, что помочь надо человеку, пусть за много времени наперед. Но тут же вспомнила, что не найди она города, валялись бы благодетели ее внутри саркофагов еще долго, дожидаясь такого дурака, как они вчетвером, да еще и дерево было из того самого полена, которое она же им дала, поэтому всякую благодарность отменила.