Тайны гор, которых не было на карте [calibre 4.19.0]

Дьявол сам принес ей чай, настоянный на травах, усаживаясь рядом.

– Мань, я вот все думаю, дал бы я человеку три лампы желаний, если он не вампир?

– Нет! – ответила Манька, не сомневаясь лишь потому, что спросил.

– Я вот хожу с тобой уже год с лишним по полям и весям, Борзеевич к нам прилепился – и учим тебя, учим, но ума тебе кот что ли наплакал? За два года ничего не приобрела ты из того, что есть у Благодетельницы. А взяла бы лампу, да загадала себе дворец, – он сунул травинку в рот, открывая себя простору вечера, наполненного тучами мошкары. – И тоже бы сидела, чаи попивала с кофеями, а лампу припрятала бы. Лучше две… Да хоть в том же проклятом городе…

– Мне дворец ни к чему, у меня избушки есть, – ответила Манька хмуро, выдавливая из себя вымученную усмешку. Она надеялась, что когда Дьявола рядом нет, он на мысли ее не смотрит – как бы ни так! Все-то он знал, да только мысли ее не сами к нему просились.

– Нет, Маня, – сказал Дьявол, выплевывая травинку, и суя в рот вторую, – после Бабы Яги избушки уже ничьим имуществом быть не захотят. Если только по дружбе. Ты же видела, как Баба Яга над ними измывалась, чтобы не выгнали ее со всем добром. Если бы не драконы и Котофей Баюнович, да нечисть по всем углам, ни за что бы не удержала. Ты и десятой части такой мудрости не найдешь у себя. А сараюшки твоей нет. Сожгла ее какая-то добрая душа. И ты теперь без определенного места жительства. Бомжа! Так что дворец был бы кстати.

– Может, и не сожгла, – сказала Манька, слегка огорчившись. – Она при мне чуть не сгорела два раза. Печка старая, кирпич прогорел, одна видимость от него была, так что, если тепло топить, могла сама собой загореться. А дворец мне не обогреть, – простодушно заявила Манька. – Дрова нынче дорого стоят, а на себе на дворец не принесешь. Чего теперь жалеть, ну нет, и нет.

– Но три желания! Три! – Дьявол выставил перед нею три пальца.

Она отвела его руку. Буркнула недовольно:

– У меня одно было, я и то… А все Борзеевич! Подсказал, мерзавец! Не обошлось без горошины! – Манька зло посмотрела на озеро, над которым раскатывались взрывы хохота русалок и визги брыкающегося Борзеевича, будто его щекотали.

– Это была одна из вероятностей, очень, кстати, соблазнительная, – прищурился Дьявол.

– Ага, а потом меня вампир этой же лампой! – ответила она, хмыкнув. – Если Помазанникам надо, пусть сами их достают. Наверное, у вампиров таких городов тьма тьмущая. Почему ты меня наказал? – высказала, наконец, она свою обиду. – Правильно это что ли?