«Гильотина Украины»: нарком Всеволод Балицкий и его судьба

Балицкий все время хорошо относился к Каменеву, которого он считал “высоко одаренным государственным деятелем”.

Осенью 1934 г., когда я находился с Балицким в отпуске в Хосте, у меня было с ним много политических бесед. Балицкий сказал, что Сталин создал невозможный режим в партии и стране, что при таких условиях разрушается живая, творческая мысль, что ЦК распоряжается людьми как пешками и обижает старые, заслуженные кадры, что такая политика неизбежно приведет к катастрофе. В конце Балицкий сказал мне, что недовольство политикой партии, которое нарастает в стране, создает почву для объединения активных сил против Сталина и настоящего состава Политбюро»[1142].

По словам Я. В. Письменного, мятежники должны были по сигналу из Москвы одновременно захватить власть в столице, Ленинграде, Киеве и других городах, а задача «заговорщиков» в НКВД УССР – сохранить правотроцкистские кадры в НКВД для возможного их использования в заговоре; установить правотроцкистские связи вне НКВД; сдерживать борьбу с правотроцкистской контрреволюцией; подготовить условия для использования аппарата НКВД в надлежащий момент [1143].

24 июня 1937 г. начальник 2-го отдела УГБ НКВД УССР капитан госбезопасности И. Д. Морозов вместе с начальником Краматорского горотдела НКВД старшим лейтенантом госбезопасности А. И. Мицулом арестовал начальника Управления НКВД по Черниговской области майора госбезопасности П. Г. Соколова-Шостака в его служебном кабинете. Продержался последний недолго и уже через три дня начал давать показания. «Работали» с ним преимущественно помощник начальника 3-го отдела УГБ НКВД УССР капитан госбезопасности А. В. Сапир и оперуполномоченный следственной группы В. К. Козаченко. «Работали» так, что И. Г. Гудзь позже свидетельствовал: «Я лично однажды видел, как Соколова-Шостака вели на допрос. Его вели под руки два охранника, а ноги волочились по полу, так как ходить он не мог»[1144]. 31 июля Соколов-Шостак «сознался», что в 1923 г. во время служебной командировки в Варшаву был завербован польской контрразведкой и с того времени работал на Польшу, однако никого не вербовал[1145].

1 июля 1937 г. помощник особоуполномоченного НКВД УССР старший лейтенант госбезопасности А. П. Демидов арестовал начальника Финансового отдела НКВД интенданта 1-го ранга УССР Л. Г. Словинского в его квартире № 21 по улице Левашовской, дом 36. Вскоре Ю. Н. Толкачев и старший инспектор аппарата особоуполномоченого НКВД УССР М. К. Артемов услышали о многочисленных финансовых нарушениях и моральном разложении Балицкого: «Киевский период отмечался кутежом, пьянками, развратными оргиями Балицкого и его приближенных лиц. Дело дошло до того, что Балицкий был в интимной связи с женами Шарова, Евгеньева, Семенова, Чирского и других.