На восток [litres]

С момента прихода русских кораблей гардемарин вел постоянные наблюдения за их передвижениями днем и ночью и потому был хорошо осведомлен не только о местах стоянок, но и о позициях ближайших к порту дозоров. Он так же видел, как и где русские ставили свои дополнительные минные заграждения и разворачивали полевые батареи. Только о том, что творилось на горе, куда не пускали абсолютно никого, ничего узнать так и не смог.

С тринадцати лет плавая на малых судах по Цугару, гардемарин успел хорошо изучить особенности течений и глубины в проливе. Зная границы используемого противником прохода в гавань, он вызвался провести истребители прямо в залив, минуя все мины, уверяя, что это все еще возможно, поскольку бона на входе нет.

Учитывая новую информацию, Хиросэ решил переработать план нападения. Использование пароходов, намеченных для прорыва заграждения в качестве только отвлекающего фактора, позволяло нанести основной удар по хорошо защищенному порту с другого направления, что существенно повышало шансы на успех.

Вскоре на рейде Хатинохе появился пароход «Оми-мару», доставивший боевой приказ на атаку Хакодате, назначенную на ночь с 23-го на 24 сентября и еще около двух тысяч тонн боевого угля. А через пару часов в гавани встали на якорь «Такао», «Гонконг-мару», «Кагава-мару» и «Сайко-мару», входившие в отряд капитана первого ранга Иноуэ.

Командиры всех кораблей и начальники отрядов собрались на флагманском «Кумано-мару» для выработки окончательного плана действий. Совещание продолжалось до полудня, а истребители тем временем принимали уголь и воду, заканчивая подготовку к своему первому бою.

Бригады заводских рабочих, сопровождавшие новые миноносцы в плавании, с момента прихода на рейд круглые сутки занимались осмотром и наладкой машин и котлов, пока экипажи отдыхали на берегу. К концу бункеровки на «Кумано-мару» прибыл возглавлявший их старший инженер, с докладом, что механизмы и вооружение в полном порядке и припасы приняты по норме.

В начале пятого часа пополудни все, участвующие в атаке, покинули бухту и двинулись экономическим ходом на север. На переходе до мыса Сириязаки отряд капитана первого ранга Иноуэ прикрывал миноносцы Хиросэ, которыми придавался вспомогательный крейсер «Сиранука-мару», обязанный обеспечивать своей радиостанцией связь миноносцев с береговыми постами и прикрывать потом их отход.

Новейшие станции «Маркони» истребителей этой ночью использовать на передачу категорически запрещалось. Хиросэ распорядился даже изъять детали их передающих устройств и сдать на угольщики, для гарантии конфиденциальности. Имевшийся у него приказ МГШ не допустить осведомления противника о появлении у Японии новых мощных минных кораблей Хиросэ готов был выполнить любой ценой. Суда обеспечения оставались на рейде, охрану которого обеспечивал капитан первого ранга Асаи с тремя вспомогательными крейсерами, находившимися в готовности выдвинуться на помощь при необходимости.