На восток [litres]

А оттуда докладывали, что канонада у северных берегов Цугару, сопровождавшаяся минимум двумя мощными взрывами на японских укреплениях, прекратилась еще до полудня 16 сентября. После чего русские броненосцы и даже пришедшие с ними пароходы вошли в залив Хакодате. По крайней мере, так сообщали наблюдатели с острова Бантен у мыса Омо.

Дальше путаницы стало больше! Не сумев подавить огонь батарей укрепленного района Таиродате, русские начали высаживать десант у входа в этот пролив. После того, как с большими потерями для противника атаку удалось отбить, снова возникли сомнения в искренности его намерений, поскольку выявилась слабость и задействованных десантных сил. Попавшие в плен русские солдаты оказались из батальонов, совсем недавно сформированных из резервистов. Однако настораживало, что при общем довольно низком уровне их боевой подготовки последние две недели они отрабатывали именно методику высадки на чужом берегу.

Затем пришло сообщение, что русские миноносцы произвели набег на Аомори, правда, без особого успеха, а к ночи старый крейсер, карауливший выход из залива Муцу, начал развертывание катерного дозора, явно готовясь блокировать Таиродате, прикрывая действия своих главных сил у Хакодате.

Это не только ломало все планы предварительного развертывания минного отряда Цугару для блокирования пролива в случае начала русского отступления на запад, но уже все больше походило на начало вторжения, наподобие того, что случилось несколькими днями ранее на юге Курильских островов. Повезло, что Минный отряд обороны Цугару находился в Оминато, заканчивая обслуживание машин, и, по докладам начальника минных сил Оминато капитана первого ранга Наоки, уже этой ночью мог быть использован против флота агрессора.

Однако предпринятая им вылазка не удалась. В течение ночи с 16-го на 17 сентября русские катера и миноносцы блокадных дозоров вместе с крейсером отразили обе попытки выхода из пролива Таиродате для постановки заграждения в Цугару у залива Хакодате. Потери Минного отряда ограничились только взрывом двух малых ботов с минами и тяжелыми повреждениями трех дозорных судов. Участвовавшие в перестрелках минные заградители почти не пострадали. Только на «Карасаки-мару» оказалось разбито одно малокалиберное орудие и имелись потери в экипаже. «Канзаки-мару» вообще не получил повреждений, зато сам претендовал на потопление русского миноносца.

Факт его возможной гибели позже подтвердился, когда уже днем с батарей видели две шлюпки, буксируемые русскими катерами из глубины пролива, вероятно, с остатками экипажа потопленного корабля. В ходе предпринятого сразу вслед за этим обследования восточного берега нашли полузатонувшую шлюпку с номером «205», очевидно, означавшим принадлежность к этому миноносцу, сильно побитую снарядами и осколками, а также остатки небольшого ночного лагеря в расщелине у самого уреза воды.