Our golden years (СИ)
- Автор: Cursed Ellie
- Язык: русский
- Жанр: Слэш
Электронная книга - «Our golden years (СИ)». Краткое содержание книги:
— Альфард писал, что тот оборотень был одиночкой, — припомнил Сириус, на чем именно его оторвала от чтения Мэри. — Значит, ему всё-таки удалось?
— Вот и самое интересное. По словам Айка, ему нужно было хотя бы пять минут, когда тот ослабеет, и небо предоставило ему эти пять минут, а дальше… — Доркас потрясла головой. Сириус, приготовившись слушать, подался вперед. — Страницы вырваны.
— Что?!
— Сам посмотри, — протянула она ему дневник, и Сириус, мигом выхватив его, быстро пролистал половину, отыскав то место, где из корешка торчали неровные обрывки листов. — Но всё сходится! Он же сказал, ему пришлось уйти. Он собирался вернуться, — заговорила она уже не про Айка. Сириус и сам начал перебирать посыпавшиеся с запылившихся полок воспоминания. — Что если он не смог, потому что его держит такая же связь? Она сильнее человеческих желаний. — Похоже на фантазию. Объяснение, в которое хочется верить, потому что больше не во что. — Даю руку на отсечение, в этих нехватающих страницах способ разорвать её. Я перерыла все запечатанные коробки, — осмотрела она груды хлама, — думала, может, Альфард просто вложил их в другой дневник. Но…
Куда же без треклятого «но».
Сириус окинул поверхностным взглядом предел мечтаний домовых эльфов, давая себе минутку. Он уже слышал эту историю — и нет, не про невинного мальчишку, столкнувшегося с несправедливостью жизни. Её подавали вскользь, сухо, без эмоциональной составляющей. И у неё точно не было цели внушить сочувствие.
— Когда это было? — Прикинул он, насколько «старым» мог быть тот оборотень, и на каком году жизни его встретил Альфард. — Мы ведь проходили на ЗОТИ. В конце девятнадцатого века всю Канаду терроризировала стая, называвшая себя Пастырями, а потом они просто исчезли, — Доркас так удивилась, что при других обстоятельствах он бы оскорбился. — Никто так и не понял, что произошло.
— Если речь о той стае… думаешь, Айк убил их всех?
— Если они были убийцами, а он хотел освободиться, то почему нет? Сама же сказала, он исповедовался, — неопределенно повёл он плечом. — Это было в тысяча девятьсот седьмом году. — Выражение Медоуз стало в двойной степени удивленным. — После того урока мы… мы почти месяц убеждали Лунатика, что не все оборотни убийцы. Вот и запомнил… — Сириус вновь уткнулся в дневник, вчитываясь в последние перед вырванными страницами строки. — «Небо предоставило». Кто так выражается?
Небо предоставило.
Небо.
Предоставило.
— Если вы обратите внимание на взаимосвязи, чаши весов не просто выровняются, они перевесят в вашу сторону.
— Никто так и не понял, что произошло.
— Ты знал, что Альфард год преподавал в Ильверморни?
— Не может быть…
— Что?.. — выдернула его из потока мелькающих образов Доркас, и он как ошпаренный рванул с дивана к дальнему стеллажу, хранившему бессмысленные до этой минуты прибамбасы. Сириус открыл стеклянную дверцу и, даже не удосужившись закрыть, вернулся к Медоуз, поставив перед ней устройство, состоящее из двух частей. Исписанный вдоль и поперёк на первый взгляд хаотичными линиями куб графитового цвета с встроенной ручкой, как у музыкальных шкатулок, служил подставкой для литого матового шара. — Сириус, — осторожничая, позвала мулатка, когда он сел напротив, — что это?
Не в состоянии вымолвить ни слова, будто, если он ответит, выстроенный воздушный замок надежды рухнет, Сириус достал палочку и, погасив лампу, коснулся кончиком до шара, как тот, замерцав, поднялся над их головами. А через миг всё вокруг осветило голубое свечение от множества обручей, вырвавшихся их парящего элемента. Самые различные по ширине, они закрутились вокруг сферы, устроив им настоящее световое шоу, и замерли каждый на своём расстоянии от центра. Доркас вертела головой с подлинным детским восторгом, будто Сириус привёл её в планетарий. По факту, это он и был.
— Армиллярная сфера… — завороженно произнесла Медоуз. Сириус, приятно удивившись, кивнул.
Они не пользовались ими на уроках. Доисторическая модель этого устройства стояла на шкафу в углу кабинета, и не пришлось бы Сириусу как-то, матерясь, начищать до блеска бесчисленные мелкие детали, он бы в жизни её не заметил. Когда же он нашёл навороченную модель Альфарда, ему вновь пришлось поматериться, чтобы разобраться, как она работает, но теперь он без проблем определял значения и линий на кубе, и каждой мерцающей окружности.
Взявшись за ручку, Сириус принялся крутить её против часовой стрелки. Орбиты тут же пришли в движение.
— Всё просто, пересечения линий, — указал он на куб, — соответствуют дню, месяцу и году. Отматываешь время, и обручи встают в порядок, в котором небесные тела тогда находились по отношению к Земле.
— Хочешь сказать, — начала Доркас, и Сириус кинул на неё такой молящий взгляд, что она запнулась. Сириус не верил в приметы, но сейчас боялся слово лишнее взболтнуть, лишь бы не сглазить. — Долго же крутить баранку придётся…
— Не совсем. Мы на двадцатых. Я накуривался, ложился на пол и… — губы Доркас превратились в ровную линию, — не осуждай меня, это лучше говорящего ящика, в который пялятся маглы.
— Да ладно, Блэк, я тебя расцеловать готова. Оказывается, ты реально учился. — А вот теперь следовало бы и оскорбиться.
Тысяча девятьсот девятый. Тысяча девятьсот восьмой…
Сириус убавил скорость, и они с Доркас, не сговариваясь, стали следить за одними и теми же двумя переливающимися полосами света, ожидая, когда они встанут параллельно друг другу. И после очередного оборота это произошло.
Тринадцатое июня тысяча девятьсот седьмого года.
Оба, застыв, переглянулись. Сириус, унимая дрожь, оставил ручку в покое, Доркас, засучив рукав кофты, взглянула на часы. И пока медленно движущиеся в реальном времени объекты не разошлись снова, они практически не дышали.
— Пять минут, — шумно выдохнула мулатка, Сириус едва ли не прослезился.
— Полное лунное затмение, — прикрыв веки. — Даю свою руку на отсечение, если поднять газеты с того дня, мы не найдем ни одной новости о нападениях.
— Это же логично! Раз луна даёт оборотням силы, то…
— Затмение лишает их преимуществ, — закончил он за неё, всё ещё до конца не веря.
— Сириус, ты понимаешь? Твой дядя невероятный человек. Он уничтожил эти записи, чтобы их не нашли. Узнай об этом правительство, они бы за пару десятилетий истребили всех подчистую.
Невероятный человек… чтоб тебя, Альфард.
Сириус вытянул ноги и лег на ковёр, продолжая рассматривать неоновую схему планет, спутников и созвездий. Наконец-то чувство беспомощности отступило.
— Грёбаная астрономия… ты была права, Доркас, — с неподвластной улыбкой на лице признал он и вдруг поднял голову на развеявший наваждение всхлип. — Доркас? — Облокотившись, дотянулся он до прячущей лицо в ладонях подруги. — Ты чего?
— Я была права, — сотряслась она всем телом, — права. — Сириус ненастойчиво убрал её руки. В заливающем зал голубом свете её слёзы казались перламутровыми. — Впервые… впервые мы знаем что-то, что может помочь. Если мы найдём его… клянусь, Сириус, я лично пришибу его на месте, — с надрывом в голосе. — Из всех вас, он выбрал меня… сказал именно мне, что уходит. Любой бы из вас понял, что он собирается сделать, а я нет. Я думала… думала, Римус напился и собрался перекурить, и сказала «долго не пропадай», — содрогнулась она в новой волне истерики.
Сириусу приходилось иметь дело с плачущими девчонками. В принципе, при прикладывании особых стараний, он умел управляться с захлёстывающими людей эмоциями. По крайней мере, всегда можно использовать ход с обнимашками и похлопываниями по спине. Однако рыдания Медоуз ввергли его не иначе как в ступор. Она никогда не позволяла себе настолько расчувствоваться при нём.