Другой Брежнев
- Автор: Майсурян Александр
- Год: 2004
- Язык: русский
- Год: Вагриус
- ISBN: 5-475-00021-2
- Жанр: Биографии и мемуары
Электронная книга - «Другой Брежнев». Краткое содержание книги:
Каким Леонид Ильич Брежнев был в быту, в обыденной, семейной жизни, чем он увлекался в свободное время? Как вел себя в моменты риска и опасности? Каким он был в минуты отдыха — на охоте, за рулем? И как оценивал собственную славу?
«Самый великий — просто человек», — говорил глава Советского государства. О Брежневе как о «просто человеке» рассказывает эта книга…
— Это и есть правда, — заключил Симонов, — мы знаем ее, и мы обязаны рассказать о ней людям.
— Мало ли что мы видели, — возразил Брежнев, — главная правда — мы победили. Все другие правды меркнут перед нею. О них тоже надо говорить. И мы уже (и вы — писатели — в первую очередь) наговорили много. Но, может быть, стоит пожалеть людей, победителей, их детей и внуков и не вываливать все сразу. Дойдет время и до твоих дневников. Скоро дойдет…
«В этом произведении Симонов заводит нас в какие-то дебри», — замечал Леонид Ильич. «Брежнев взял Симонова с собой в Волгоград, — добавлял Бовин. — Рассказывают, что они проговорили весь путь туда и обратно. Наверное, обоим было интересно и полезно… А дневники вышли».
«Логики не ищи». Другого писателя — Владимира Полякова — Брежнев тоже принял очень хорошо, как фронтового товарища. Еще во время войны Поляков создал фронтовой театр «Веселый десант». Писал для этого театра маленькие поэмы, в которых звучали солдатские «соленые» словечки. Режиссер Марк Захаров рассказывал: «Однажды его вызвали в штаб фронта и, чтоб прочесть Брежневу свое произведение, он полз по-пластунски по полю, а вокруг рвались снаряды. Леонид Ильич это запомнил, хохотал до упаду». После войны Поляков стал известен как писатель-сатирик, автор множества миниатюр для Аркадия Райкина. Поляков попросил объяснить, почему его то печатают, то нет. «Леонид Ильич, ну как же так? — спросил он. — ЦК сначала запрещает что-то, а потом это же самое разрешает. Где логика?» Брежнев ответил кратко и исчерпывающе: «Логики не ищи». Однажды генсек заметил: «Наша печать, наша литература — это пулемет, из которого стреляет идиотический унтер. И скольких Дон Кихотов он перестреляет, пока они доберутся до него. Да и вовсе не доберутся никогда».
«Слушай, тут у меня Райкин». Из эстрадных артистов Леонид Ильич особенно любил Аркадия Райкина. Его личное знакомство с Райкиным произошло… за день до нападения Германии на СССР. Дочь артиста Екатерина вспоминала: «Как-то в Днепропетровске в честь приезда артистов состоялся банкет. Они прибыли с концертами в воскресенье, а уже в понедельник на страну напал Гитлер. Принимал их у себя руководитель обкома партии, «отец» города Леонид Брежнев. Он был настоящий донжуан! Без конца приглашал маму танцевать, оказывал ей всяческие знаки внимания. Она мне потом рассказывала, что папа устроил ей из-за этого сцену ревности и влепил пощечину». (Уточним, что 22 июня было именно воскресеньем, так что, очевидно, банкет происходил в субботу.)
Несмотря на такое начало, отношения Брежнева и Райкина остались самыми дружескими. Спустя несколько дней Брежнев помог Райкину и его труппе эвакуироваться из города. Артист приезжал на фронт в 18-ю армию, где служил Леонид Ильич, выступал перед красноармейцами. Однажды, уже став генсеком, Брежнев поинтересовался у артиста: «Говорят, что я плохо произношу речи. Как ты думаешь, что нужно, чтобы хорошо говорить?»
«Но Райкин, — писал историк Рой Медведев, — заверил Брежнева, что у него все нормально и с произношением, и с речью». Генсек настойчиво упрашивал артиста называть его на «ты» и не «Леонид Ильич», а «Леня». В 1981 году Брежнев подписал указ о присвоении Райкину звания Героя Социалистического Труда.
«В Москву Райкин перебрался благодаря Брежневу, который очень его любил, — рассказывала Екатерина Райкина. — На каком-то приеме Леонид Ильич спросил: «Может, тебе что-то нужно?» — «Мне бы в Москву с театром переехать. Но меня из города не отпустят, и не потому, что я там нужен, а просто чтобы сделать больно». Брежнев тут же позвонил Романову: «Слушай, тут у меня Райкин. Он хочет переехать в Москву. Я — за, а ты?» Так мгновенно проблема была решена».
«Ни один человек без слез не уходит…» Известны и другие случаи вмешательства Брежнева в театральную жизнь. Несколько раз он заступался за московский Театр на Таганке, которому угрожало закрытие. «Спасать Любимова удавалось несколько раз, — говорил Г. Арбатов. — Юрия Любимова из Театра на Таганке, над которым нависали грозовые тучи… Во время работы начинали с ним (Брежневым) говорить, удавалось убедить; он брал трубку, звонил и как-то это делал».
Громкий скандал разразился в 1969 году из-за спектакля «Живой» по повести Бориса Можаева. «За «клеветнический» спектакль, — писал Юрий Любимов, — меня сняли с работы и исключили из партии. И тогда я написал письмо Брежневу. И он смилостивился, сказал: пускай работает. Недели через две меня вновь приняли в партию: ну, Юрий Петрович, ну, погорячились, вы уж извините…» Сам Леонид Ильич говорил в 70-е годы о спектакле театра «А зори здесь тихие…»: «Вот недавно приносит мне Самотейкин письмо от Любимова с Таганки. Тот пишет, что горком его хочет исключить из партии: что-то он не так поставил, «им» не понравилось, видите ли! Звоню Гришину, говорю: отмени решение, если уже приняли. Так нельзя с интеллигенцией. Отменил и даже будто встретился с Любимовым. И вот смотрите: через несколько месяцев он поставил такую пьесу… Ни один человек без слез не уходит из театра».