СССР: от сталинского восстановления к горбачевской перестройке. Вторая половина 1940-х – первая половина 1980-х гг.

В открытой форме эта политика проявилась во время принятия в 1978 году Конституций Закавказских республик. При подготовке новых Конституций республиканские руководители с согласия Москвы решили отменить государственный статус армянского, азербайджанского и грузинского языков. Предполагалось, что эта мера будет способствовать укреплению позиций русского языка, улучшит отношения между грузинами, абхазами и аджарцами в Грузии, азербайджанцами и армянами в Азербайджане. Эти национальные меньшинства имели в этих республиках свои автономии. Интеллигенция титульных наций воспротивилась этим попыткам. Особенно решительно и агрессивно против подобной политики были настроены в Грузии.

В день обсуждения и принятия Конституции Верховным Советом Грузии, в центре Тбилиси собралась многотысячная демонстрация, состоящая в основном из студентов. К митингующим вышел первый секретарь ЦК Компартии Грузии Э. А. Шеварднадзе, который был вынужден пообещать принять их требования. Упоминания о русском языке из грузинской конституции были убраны, а грузинский язык получил статус государственного.

Вслед за грузинскими событиями, начались митинги в Армении, где Конституция уже была принята, и в которой русский и армянский языки были признаны равноправными. Под давлением армянской общественности власти Армении были вынуждены отменить данную статью и признать государственным только армянский язык.

Азербайджанские власти, не желавшие ранее выделить азербайджанский язык как государственный, также вынуждены были под давлением общественности изменить свою позицию и сделать его государственным.

В Грузии же при принятии Конституции Абхазской автономной республики весной 1978 года начались митинги абхазцев с требованиями придать государственный статус абхазскому языку, прекратить миграции в республику грузин, отделиться от Грузии и войти в состав РСФСР. Уступкой грузинских властей требованиям абхазов явилось включение в конституцию автономной республики положения о введении в Абхазии трех государственных языков: абхазского, русского и грузинского.

Рост национального самосознания сопровождался ростом антирусских настроений практически во всех союзных республиках, за исключением славянских. Быть русским в национальной республике становилось все более дискомфортно. За обременительную и фактически навязанную ему роль «старшего брата» русский народ платил большие дивиденды[1167].