Семь жизней. Рукопись неизданного романа
- Автор: Корнев Сергей
- Год: 2021
- Язык: русский
- Год: SelfPub.ru
- Жанр: Триллеры
Электронная книга - «Семь жизней. Рукопись неизданного романа». Краткое содержание книги:
Содержит нецензурную брань.
– Я же сказал, что здесь нет никакого домика, – сухо сказал Серёга. – Может, ты что перепутал?
– Да не мог я перепутать! – разволновался Алик. – Его с дороги видно было! Давай поближе подъедем, посмотрим.
Они проехали вперёд, свернули на лесную дорогу, где Алик увидел следы от колес автомобиля.
– Вот видишь, здесь стояла Пашкова «девяностодевятая»! Вот, смотри, он задним ходом отсюда, видимо, выехал… А вот тропинка, по которой мы шли! Она вела прямо к домику.
Он рванулся по тропинке, остановившись возле сваленного дерева, через которое перешагивал вчера. Но домика не было. На его месте была просто небольших размеров яма, а на её дне валялись три пустые баклажки из-под пива, две пустые бутылки из-под водки, большая и маленькая, коробка и вынутый из неё пакет из-под вина, бутылка минералки с остатками на дне, пять пластмассовых стаканчиков, шелуха из-под яиц и прочий мусор.
– Вот всё, что мы вчера пили!.. Может, домик разобрали, перенесли?
– Да ты здоров ли? – недоверчиво спросил Серёга.
Весь путь до Брехаловки за пивом и обратно прошёл в каком-то тягостном оцепенении. Хотя, пожалуй, и не оцепенение это было вовсе, а ужасное, всеобъемлющее опустошение. Похоже, так люди сходят с ума. Если домика не было, то где тогда он был вчера целых семь часов – где-то с полвторого до где-то полдевятого…
Но в том и дело, что домик был, в этом у него не было никаких сомнений. К тому же кавказец на «копейке» тоже видел его. Нет домика, нет людей, что были в домике, тогда и кавказца этого тоже не было. Ну бред же! Неприятное, беспокойное, давящее чувство поселилось у него внутри. Как будто вынули душу.
В этот день Алик напился до бессознательного состояния. На следующий день, с перепоя, продрых до вечера. Ему снился домик, его бревенчатые стены, керосиновая лампа, стол на полкомнаты, все-все детали, а также люди – угрюмый Артём, смеющийся Кирилл, пьяный Петрович, важный и мрачный Пашок и смелый, вызывающий, соблазняющий взгляд Наташи.
Ночью же Алику не спалось. Он всё думал, думал, думал. В соседней комнате безмятежно храпел Серёга, а ему казалось, что это храпит Петрович. Гаркнул кто-то на улице, а ему представилось, что это Пашок ходит и ищет его. Постер Анжелины Джоли на стене отчего-то напоминал о Наташе. Когда смотрел на часы, вспоминал Кирилла. Когда начинал размышлять о Боге, на ум приходил Артём. И лишь под утро кое-как удалось заснуть.
На следующий день Алик вернулся в город А. Первым делом позвонил лидеру «Радиоактивного Дождя» и сообщил, что уходит из группы.
– А почему? – спросил тот.
– Музыка надоела, – честно признался он. – Хочу другую музыку играть.
– И какую же?
– Божественную, – сказал Алик и повесил трубку.
Всё лето он упорно долбил в барабаны, словно бы хотел из них душу вытрясти. Перевёз ударную установку в гараж и стучал дни напролёт. Старых друзей и знакомых забросил, ни с кем не хотел видеться, объясняя это тем, что очень занят, что собирается играть «крутую» музыку и что нужно заниматься. Друзья и знакомые посмеивались, крутили пальцем у виска.
А осенью ему вдруг позвонил один очень известный музыкант города А. и предложил поиграть.
– У нас новый проект, сейчас пишем альбом. Через месяц в тур по России поедем. А барабанщик наш… ну, в общем, спился он… Давай, присоединяйся к нам. Не пожалеешь!
Алик с радостью согласился.
Жизнь вторая. Артём
Артём после службы в Преображенской церкви города А., в которой он нёс послушание алтарника, чрезвычайно волнуясь, позвонил Маше:
– Алло, Маш! Можно я к тебе приеду?
– Зачем? – послышался недовольный голос.
– Хочу поговорить с тобой и… просто увидеть…
– О чём ты хочешь поговорить?
– О нас…
Голос вздохнул.
– Артём, у меня есть молодой человек. Пожалуйста, не пиши и не звони мне.
На колокольне начали звонить, и он отошёл подальше от церкви. Волнение немного прошло.
Просто слышать её голос. Просто знать, что она говорит с ним. Уже это успокаивало его.
– Я приеду?
– Не надо, – твёрдо сказала она, и выключилась.
С Машей Артём познакомился осенью на факультетских курсах по выбору «Православная культура». Не то что бы она сразу ему понравилась или он влюбился в неё с первого взгляда, совсем нет. Не было смысла выделять кого-то из почти двадцати студенток, посещавших этот курс. Они ему нравились почти все, кроме той небольшой группки собственно православных девушек. Их он не любил. Длинные юбки, смиренный взгляд, источающий пустоту, и совершенная непривлекательность, как будто некрасавицы идут в церковь, ища исцеления от своей некрасоты. И потом ему казалось, что они просто хотят выйти замуж. Когда одна молодая клиросница в Преображенском храме начала выражать симпатию к нему, он, не колеблясь, грубо отверг её. Другое дело те, «неправославные». Его притягивал блеск их глаз, заставляли трепетать их женственность и соблазнительность. Их загадочность и шарм.