Древнерусское предхристианство [litres]

В этой книге сделана попытка восстановить в общих чертах «символ веры» древних русов и их представления о прекрасном. Реконструкция неизбежно приводит к умозрительному воссозданию «целого», которое в законченном виде не существовало, раздроблялось на частности и «белые пятна». Привести в систему скудные и разрозненные источники, относящиеся к зарождению и развитию древнерусской цивилизации, позволяет лишь её никогда не терявший цельности язык. Он являлся главным «святилищем веры», в течение тысячелетий на огромных пространствах сохранял удивительную стойкость, поддерживая духовное и кровное единство далёких предков русского народа.

Все культуры имеют единую корневую систему – pueritia humanitatis. История современного человечества началась вместе с возникновением мифов о происхождении мира и рождении «первочеловека», с появлением годового круга священных обрядов и «знаков откровения». Переход индоевропейцев от хтонических культов к почитанию солнца ознаменовал величайшую духовную революцию. Вид «сияющего неба» *deiṷo предвосхитил образ и дал первое имя Бога – Deus, Θεóς, Diaus. Прозвище солнцеликого божества неба *Sur вошло в древнеевропейский Первомиф о сотворении из божественного света братьевпервопредков: медведя *urs и человека *rus. Это предположение, как и другое – о сохранившемся у проторусов и их потомков самоназвании древних европейцев, связанном с почитанием «небесного медведя», остаются гипотезами. Их сложно подтвердить или опровергнуть, но слишком легко отвергнуть. Существование этнонима русы у древнейших славян отразилось в дописьменных источниках – в гидронимике и топонимике Центральной и Восточной Европы. Оно объясняет внезапное всплывание и стремительное распространение в VI–VIII веках этого общенародного имени на огромной территории, в эпоху объединения восточнославянских племён и возникновения государства под названием Земля руськая.

Мировоззрение древних русов являлось всецело мифопоэтическим, существовало в «большом времени» (М.Бахтин). Они создавали образы живого мироздания, а не отвлечённые философские или богословские понятия. При этом красота мира оставалась таинственной, тайна бытия – красивой. Суть «свето-огненного божества» была непостижима. «Неосязаемый и неисповедимый» небесный свет проявлялся в зримых и ощутимых ипостасях, но его источник не имел образа. Наполненные глубоким символизмом обряды солнечного коло являли собой средоточие древнерусской религии. Череда праздников год за годом переживалась словно нескончаемая мистерия небесно-земной жизни: рождение света в колядную ночь, сотворение мира в предутренних таинствах Масленицы, вхождение купальского солнца в многодневный годовой полдень, прощание с ним на вечернем закате в праздник Вересеня… Ежегодно в Радоницу души предков (родителей, кумов, русал, сеней) незримо спускались на землю и «одушевляли» новое поколение потомков – в таинстве кресения вновь и вновь воскресал древний род.