Титаны психиатрии XX столетия [litres]

Предшественниками Ф. Ниссля на посту заведующего отделением психиатрии и неврологии в Гейдельберге были не менее знаменитые ученые. Прямым его предшественником был Эмиль Крепелин, а до него – Карл Бонхеффер. Таким образом, Гейдельбергская психиатрическая школа к моменту прихода К. Ясперса уже имела заслуженную репутацию одной из сильнейших научных школ не только в Германии, но и в мире.

О своем первом научном руководителе, Ф. Ниссле, К. Ясперс позднее писал: «Руководителем клиники [в то время] был Франц Ниссль. Он снискал славу выдающегося исследователя гистологии головного мозга; в содружестве с Альцгеймером он открыл в коре головного мозга у паралитиков специфические, с точки зрения гистологии, особенности. Он исходил из принципа, господствовавшего со времени Гризингера: психические болезни – это болезни головного мозга. Совершая на основе этого принципа значительные открытия, он в то же время подтачивал его общезначимость» [Jaspers, 1977].

В свою очередь, сам Ф. Ниссль также весьма положительно отзывался о К. Ясперсе, о его знаниях и способностях, проявившихся буквально с первых дней работы в отделении. Ф. Ниссль называл К. Ясперса «исключительно талантливым молодым врачом, увлеченным наукой».

Сначала, как это было заведено в то время в Германии для молодых врачей, желавших пройти ординатуру или стажировку и набраться клинического опыта под руководством наставников, К. Ясперса взяли на работу в качестве волонтера, без оплаты. Однако, оценив способности и рвение к работе и учебе молодого врача, уже через две недели Ф. Ниссль предоставил ему штатную, оплачиваемую должность ординатора клиники.

Тем не менее, несмотря на явное поощрение Ф. Ниссля и его очевидное благорасположение к нему, еще через четыре недели (то есть всего через шесть недель с начала работы в клинике) К. Ясперс попросил освободить его от большей части клинической работы в связи с состоянием здоровья (хронической бронхоэктатической болезнью). Ф. Ниссль дал свое согласие на это и позволил молодому К. Ясперсу проводить большую часть рабочего времени в библиотеке, а не в клинике или в лаборатории.

Однако, получив от Ф. Ниссля разрешение меньше времени уделять непосредственно клинической или лабораторной работе и больше – научной деятельности, К. Ясперс вовсе не отстранился от них полностью. И после разрешения он продолжал по мере сил и возможностей участвовать в обходах больных, в общих собраниях сотрудников, в клинических разборах и научных дискуссиях. Кроме того, по его воспоминаниям, в период своей работы в Гейдельбергской клинике он «постоянно находился в вдохновляющей атмосфере интеллектуального общения выдающихся психиатров» [Jaspers, 1977]. Это сильно способствовало становлению К. Ясперса как ученого-психиатра и формированию у него глубокого понимания общей психопатологии.