Маргиналы в советском социуме. 1930-е — середина 1950-х годов

Результатом оперативной работы органов госбезопасности Удмуртской АССР, Алтайского и Красноярского краев, Кемеровской, Курганской, Свердловской и Томской областей стал арест 3503 чел. за измену Родине и изменнические настроения, предательство и пособничество оккупантам. Из них по розыскным спискам 2-го Управления НКВД — НКГБ СССР, ГУКР «СМЕРШ» НКО СССР и циркулярам 1-го Спецотдела НКВД СССР было выявлено 32 чел., или 0,9 % от общего числа. В остальных случаях аресты производились на основе местных агентурных материалов, по инициативе руководства вышеуказанных территориальных органов госбезопасности Урало-Сибирского региона[684]. В 1955 г. начался пересмотр «фильтрационных» дел, в результате которого были вынесены заключения. Большинство дел было закрыто, а бывшие «фильтранты» сняты с оперативного учета.

Анализируя материалы по «фильтрации», всех подлежавших проверке граждан можно подразделить на отдельные группы по разным критериям. Прежде всего, «фильтранты» могут быть поделены на тех, кто не покидал границ Советского Союза, и тех, кто во время войны выехал или был вывезен из страны, а позднее репатриирован. В свою очередь, внутри этих двух групп можно произвести общее деление на военнослужащих и гражданских лиц.

До выхода советских войск к границам страны среди «фильтрантов» преобладали военнослужащие, находившиеся в плену, окружении и на оккупированной территории в границах СССР. После выхода Красной армии за государственную границу основу «фильтрантов» постепенно стали составлять репатрианты из числа гражданских лиц. С репатриацией советских граждан связано численное увеличение контингента лагерей, появление новых лагерей и лагерных отделений и образование специализированного отдела. Эти процессы объяснялись как объективными причинами (увеличение потока граждан, возвращающихся из плена), так и большим недоверием властей к данному контингенту и ставившими первостепенными задачами послевоенное восстановление страны.

Согласно директиве НКВД № 97 от 18 июня 1945 г., весь спец-контингент, подлежащий проверке в ПФЛ, разделялся на две учетные группы: «Первая группа — все военнослужащие Красной Армии (офицерский, сержантский и рядовой состав), находившиеся в плену и окружении противника, независимо от их деятельности за время пребывания в плену или окружении.

Вторая группа — все невоеннослужащие, проживавшие на оккупированной территории и работавшие при немцах в качестве сельских старост, рядовых полицейских, рядовых участников „Народной стражи“, „Народной милиции“ и других подобных организациях, созданных немецко-фашистскими захватчиками»[685].