Вся пани Иоанна. Том 2 [компиляция]

Гжегож задумчиво произнес:

– Я вспомнил его фамилию. Спшенгель.

Я так и вскинулась.

– Что?!

– Спшенгель его фамилия. А что, знакома тебе?

– Не знаю. Кажется… Нет, точно знакома! Я ведь ее прочла, да не разобрала толком, подумала, речь идет о каком-то сцеплении[6].

– Где прочла?

Я ответила не сразу. Помолчала, собираясь с мыслями.

– В записях своего бывшенького. Видел бы ты эти записки! Отдельные клочки бумаги в беспорядке рассыпаны по столу, не буду уже лишний раз жаловаться — из-за меня все, я такая неаккуратная, у него, дескать, всегда порядок. Может, я и в самом деле нечаянно дунула или задела. Помогала ему всю эту кучу складывать в стопки, и бросилась мне в глаза фамилия. Точнее, обрывок: «Спшенг…» Знаешь ведь, у меня зрительная память. Сразу же ассоциировалось со сцеплением, и поэтому запомнила.

– Выходит, какой-то смысл во всем этом имеется, — заметил Гжегож, кинув взгляд на лежащее на столе письмо Елены Выстраш.

– Может, и имеется.

– Возможно, в письме говорится вовсе не о Спшенгеле, но, если этот твой собирал досье на Спшенгеля и ему подобных, тебя непременно заподозрят в том, что ты слишком много знаешь. Нашла с кем связаться!…

– Вот и нашла! Объяснила же, он поначалу производил хорошее впечатление! А я уже разошлась с прежним! И нечего тут…

– Ладно, ладно, успокойся.

Несправедливо это. Упрекает меня, а ведь, если подумать, с этим бывшеньким я сошлась только потому, что Гжегож уже женился во второй раз. Сам виноват, связался с какой-то бабой… Ладно, не буду к ней цепляться, раз она такая больная и несчастная. Да и я хороша, непременно подавай мне контрразведку, дура несуразная…

– Мне пора, — вздохнув, произнес Гжегож. — Сама понимаешь, надолго исчезать я не имею права. К тому же в час у меня деловая встреча с клиентом. Теперь мы встретимся только в понедельник, субботы и воскресенья я обязан проводить дома. Слушай, а ты не могла бы пораньше уйти из номера? Посиди в бистро, рядом с гостиницей, а этот негр пусть себе приберет в номере…

Я решила не ездить на метро. Подземный Париж я знала превосходно, теперь самое время познакомиться с наземным, буду ездить только на автобусах.

Времени у меня вдоволь, девать некуда, так что не страшно, если и заеду не туда, куда хотела.

Наметила я две экскурсии: побывать в Версале и обойти пешком оба острова, Ситэ и Св. Людовика. На островах я намеревалась самостоятельно отыскать место, где в XIV веке Филипп Красивый сжег на костре тамплиеров. Естественно, я понимала, что с тех пор прошло немало лет, вряд ли сохранился зеленый мысочек и пасущиеся на нем козы, но очень надеялась, несмотря на пролетевшие столетия, определить место с помощью дедукции. Нет, не было у меня никакой личной ненависти к тамплиерам и не приводила в восторг их мученическая смерть в пламени костра. Просто я всегда интересовалась историей и мне доставляло удовольствие исторические факты привязывать к местности.