Вся пани Иоанна. Том 2 [компиляция]

Феликс жил в совершенно иных условиях.

Ободренный положительным опытом с Анной Бобрек, Возняк сразу решил поймать его дома, отказавшись от тщательно запланированных случайностей. Убедившись по телефону, что Феликс уже до дома доехал, комиссар отправился к нему немедленно. По дороге он с ужасом пытался себе представить, как полиция и милиция могла раньше вести следствие без мобильных телефонов. Каким чудом им удавалось добиться каких-то результатов и ловить преступников, тратя чудовищное количество времени на беготню по городу в поисках работающих телефонов-автоматов? Тяжкая была у них жизнь.

Довоенные апартаменты Феликса после Анниной однушки показались Анджею неслыханно просторными и богато меблированными. Нигде никаких стопок газет.

Печатное слово присутствовало в виде книг, расставленных на полках и в застекленных шкафах во всех трех комнатах. Возняк отдавал себе отчет, в какой эпохе Феликс провел жизнь, поэтому осмотрелся вокруг с большим интересом.

— Каким чудом вам удалось после войны сохранить такую квартиру целиком?

— Эта квартира у меня от тетки, — снисходительно пояснил Феликс. — Я жил у нее в детстве, потом получил квартиру по наследству, а еще, помимо меня, тут жили три сильно пожилые дамы. Они не были одной семьей, поэтому уплотнить их в одну комнату властям не удалось. Постепенно они покинули этот мир, и так мне осталась вся квартира. Повезло мне, даже часть мебели уцелела. Кроме того, какое-то время я был женат. Жена давно уже умерла, от рака.

Феликс не развивал тему дальше, вежливо ожидая вопросов.

Возняк был ему очень благодарен. Он уселся в очень удобном кресле возле маленького круглого столика.

— Я бы хотел услышать от вас историю странных семейных осложнений, которые спровоцировал покойный. Пан Бартош. Как вы сами видите, я ничего не записываю ни в протокол, ни на диктофон.

— Это долгая история, — со вздохом предостерег Феликс. — А если уж мы разговариваем частным образом, то, может, кофейку? Или чайку?

Под весьма разнообразные напитки потекла едва ли не историческая сага. Невообразимо богатый прадедушка, последний на тот момент потомок и наследник обширного некогда рода, все свое имущество отписал по завещанию самой младшей правнучке, которой на тот момент было три недели от роду. Она была его единственным потомком по прямой линии. Как легко догадаться, как минимум один ее родитель тоже должен был быть прямым потомком прадедушки по прямой линии, и это был папочка, который к тому времени уже умер, — правнучка родилась посмертным ребенком. Может быть, этих «пра-» было даже больше, и девочка приходилось завещателю праправнучкой — так по крайней мере выходило у Феликса.