Мокрый не боится дождя
- Автор: Воронина Алина, Киричек Людмила
- Год: 2020
- Язык: русский
- Год: АТ
- Жанр: Другие детективы
Электронная книга - «Мокрый не боится дождя». Краткое содержание книги:
— Не суетись.
Она убрала руки и сцепила их под столом.
— Мама, можно я поживу у вас?
— У нас?
— Ну да, в этой квартире.
Он резко вздёрнул подбородок, как бы компенсируя его скошенность.
— Конечно! — Ответ прозвучал поспешно, как будто мать загодя подготовилась к такому развитию событий. Оба ощутили в этом некую чрезмерность.
Мать не нашла ничего лучшего, как устремиться в детскую, дабы проверить: всё ли в порядке. Сын последовал за ней и нашёл своё прежнее обиталище не в том состоянии, в каком оставил. Этот сбивающий с ног запах! Одеколон «Красная Москва».
В каких-то заповедных, почти фантомных зонах Советского Союза его продолжали производить? Им могла душиться только эта воинствующая безбожница. Мать профессора!
— У нас проживает бабушка, — подтвердила мать его невысказанную догадку и принялась обустраивать комнату под нового жильца.
Пока стелилось свежее постельное бельё, Андрей перебирал книги на навесной полке: Александр Дюма, Марк Твен, Майн Рид, Фенимор Купер. Родители воспитывали его на классике собственного отрочества. Как далеко он успел отойти от её образов!
Рюкзак он не распаковал, и Ольга Юрьевна решила, что мальчик, возможно, стесняется демонстрировать перед ней свои скромные пожитки.
— Устраивайся! — бросила она и вернулась на кухню.
А там предалась размышлениям, как сообщить Софье Михайловне об очередном переезде — на этот раз в сыновний кабинет. А заодно, как поделить их скромные доходы на увеличившееся число едоков. Внушало оптимизм то обстоятельство, что приближался день получения свекровью пенсии. Кстати, тоже заслуга Миколы Селяниновича, поторопившегося в своё время перевести донецкую пенсию в Киев.
«Повечерие». Время, особенно ею любимое, как, впрочем, и название. Час, когда дневные заботы и тревоги отступают под натиском усталости. Тогда и появляется весомое оправдание лени, так что праздный глаз может без зазрения совести может скользить по предметам.
…Стебелёк надломился под тяжестью алого цветка. Лакированная поверхность столешницы подхватила нежную мякоть.
Взгляд споткнулся о светлый прямоугольник рядом с распластавшимся бутоном. Ощущение расслабленности улетучилось.
Она взяла конверт, подержала его в руках, как бы взвешивая, затем осторожно извлекла сопроводительную записку и только потом вложенное послание.
«Киев, Владимиру Николаевичу».
И правда: «На деревню, дедушке».
Ольга растерянно повертела вкладыш. Нет, она не может вот так запросто вскрыть…
Профессорская жена пошла на кухню и поставила чайник— верное средство от тревоги и стресса. Голубое свечение газа всё больше отсвечивало жёлтым.
«Очень патриотичный цвет», — подумала хозяйка — и усмехнулась …собственной пошлости.
Последовала следующая волна досады: нет, она не может находиться в неведении! К чёрту моральные принципы. Времена нынче такие… А если вскрыть конверт со всеми предосторожностями? Где-то она слышала, что стоит подержать над…
Ольга сделал глоток живительного напитка. Нет, она же педагог, учивший детей быть выше инстинктов. Нельзя читать чужие письма!
На разборки с совестью ушли добрых два часа. Когда они миновали, и профессорская жена вошла в кабинет — рука сама потянулась к столешнице.
Она проделала всё, как читала в книжке. Конверт распахнул внутренности — быстро, как эксгибиционист — полы пальто. Внутри оказались плотно сложенные страницы из тетрадки в клеточку.
«Почерк тот же, что и на конверте».
Стремительно, словно опасаясь, что ей помешают, Ольга развернула страницы:
«Дорогой Владимир Николаевич!
Я знаю, что прямота моя вас покоробит».
На лестничной площадке первого этажа послышались голоса. Командирский тембр одного из них опознал бы даже глухой.
Пока два немолодых человека преодолевали лестничные марши, она провела языком по клеевой полоске клапана и вернула конверт на место. Затем убрала со стола тихо увядший цветок китайской розы.
Ещё осталось полминуты… Чтобы плотно притворить за собой дверь мужниного убежища, надеть на лицо приветливо-улыбчивую маску и отпереть дверь.
В этот миг и потух свет.
Веерное отключение электроэнергии.
Глава 5
Дело наше — труба!
Глава семьи ощутил явную перемену. И дело не в присутствии пасынка. Изменения касались самой атмосферы. Как будто в ней накопилось почти осязаемое напряжение. Оно аккумулировалось где-то под высоким потолком и теперь оседало на затылки.