Мокрый не боится дождя
- Автор: Воронина Алина, Киричек Людмила
- Год: 2020
- Язык: русский
- Год: АТ
- Жанр: Другие детективы
Электронная книга - «Мокрый не боится дождя». Краткое содержание книги:
Один из них предлагал выгодное подключение к Интернету. Другой сообщал о снадобье против всех болезней. Затем следовала парочка предложений по кредитам. Ещё какая-то докука…
Садовой рассовал стопку по карманам — на этом его гражданский долг выполнен. Тем временем попавший в ботинки снег грозил обернуться холодными ручейками по щиколотке. Самая чувствительная часть ноги. И вообще пора…
Он окинул зимний пейзаж в виде деревьев и кустов, будто густо обведённых извёсткой. Его внимание привлёк некий предмет. Это был прямоугольник с ярким пятном слева.
Снег в башмаках начал таять. Об опасности процесса его предостерегала ещё мама. Но он не слушался, и она устраивала склонному к простудам сыну паренье ног в тазике с добавлением горчицы.
Садовой зашагал к крыльцу, ощущая щёкотно-ледяное прикосновение к ступням. Очередной вихрь сорвал капюшон, взлохматил сугроб и поднял светлый прямоугольник с ярким пятном слева. Некоторое время он парил в воздухе. Потом шмякнулся оземь.
«А ведь это это не просто листок! Это почтовый конверт!»
Следующий порыв принудил конверт перевернуться, затем подняться и… спикировать в сугроб. На этот раз на приличном расстоянии. Это вызвало раздражение, которое сменилось грустью. Припомнилось лежание в постели с градусником и книжкой «Два капитана», которую из-за ломоты во всём теле он никак не мог одолеть и снова и снова возвращался к эпизоду с пропавшими письмами.
Письмо, оставшееся без ответа. Для старшего поколения, по складам читавшего про чеховского Ваньку, писавшего на деревню дедушке, это понятие знаковое. А недошедшие до родных письма капитана Татаринова из «Двух капитанов» Вениамина Каверина — тем более. Беря во внимание и чеховского Ваньку, и каверинского капитана, Садовой не мог оставить конверт вот так… лежать на земле. Он и не оставил. По-заячьи прытко, как отметила выглянувшая из окна супруга, Владимир Николаевич метнулся к летающему объекту, схватил прихваченными холодом пальцами и… сунул в карман, после чего поднял голову — никто не наблюдал за ним. Тень, скользнувшая за бежевой занавеской родной кухни, в счёт не шла. Лёля числилась в перечне представителей рода человеческого, в глазах которых он не боялся выглядеть смешным. Или чересчур правильным.
В подъезде он вытащил находку, определив наощупь, что бумага подверглась действию стихии в незначительной степени. Увы, свет, вяло растекавшийся из болтавшейся под потолком лампочки, не позволил прочесть и нескольких строчек. Он вернул конверт на прежнее место и принялся одолевать ступеньку за ступенькой.
На очередном лестничном марше что-то метнулось под ноги — он едва не грохнулся навзничь.
— Да что б тебя… подчепило и бросило! — Так выражалась бабушка по отцовской линии.
Муська! Гигантская кошка — долгожительница, растерявшая зубы, но не утратившая охоты к вылазкам.
В какой-то момент темнота поредела. Это жена распахнула дверь и подсвечивала сверху. Он энергичнее задвигал конечностями.
Ольга приняла у него куртку и шапку, чтобы просушить на кухне. И только он открыл рот, чтобы сообщить о конверте в кармане… затрезвонил телефон. Требовательно и призывно.
— Алё.
— Это Паша.
Он долго и нудно распространялся о самочувствии своей украинской гостьи и совместном с ней времяпрепровождении. Профессор заподозрил неладное.
— Пашь, не темни. Говори прямо — что моя матушка отчебучила?
— Володя, я оказался прав.
— Насчёт чего?
— Их развели политические разногласия.
— Пашка, выражайся яснее.
Но растолковать, что к чему Пашке не удалось. В трубке раздалось пыхтенье, затем какая-то возня и, наконец, застрочил голос Пашкиной жены:
— Владимир Николаевич, мы сожалеем. Она пропала.
— Что с мамой?
— Вы не волнуйтесь. Софья Михайловна оставила записку.
Теперь инициативу перехватила Ольга, мягко, но решительно отобрав трубку:
— Это Ольга. Я слушаю вас внимательно.
— Оленька, матушка Владимира Николаевича покинула наш дом.
— Вы уверены?
— В каком смысле?
— Софья Михайловна любит пешие марш-броски.
— Мы сначала тоже так подумали. Но она забрала свои вещи. А ещё оставила записку.