Мокрый не боится дождя

Но сейчас кожные рецепторы говорили об обратном. Рука, не доверяя ощущениям, потянулась к батарее, сквозь чугунные изгибы которой просачивался настоящий, полузабытый жар.

«Видно, с юга Африки до Одессы добралось судно с южноафриканским углём!»

Воодушевлённый глава семьи развернулся к китайской розе:

— Что, протянем ещё? — И не дожидаясь ответа, опустился в кресло.

Очешник нашёлся сразу, и очки располагались в надлежащей им позиции — линзами сверху. Водруженные на переносицу, они несколько умерили досаду по поводу перерыва в занятиях. Отметив, что пыль со столешницы удалена, а симметрия предметов соблюдена, Владимир Николаевич погрузился в свои записи.

Спустя пару часов американка взяла «кофи-брейк», а в мозг профессора вместе с усталостью просочилось ощущение чего-то лишнего. Садовой оглядел рабочую зону. На дальнем правом конце белел конверт.

«Ну конечно! Это его славная девочка оставила. Чтобы он мог ознакомиться с поступившим ей предложением. Да, Лёлик всегда доверяла ему. Без остатка».

Изучив надписанный конверт, Владимир Николаевич понял причину, по которой он был доставлен в его «святое святых». Послание адресовалось лично ему — профессору Садовому.

Загнутый треугольник поддался легко — он не был заклеен надлежащим образом. Он хотел позвать жену, чтобы прояснить ситуацию. Но что-то подсказывало: стоит воздержаться.

Для начала он рассмотрел клеевые полоски на клапане. Сомнений не оставалось: изначально они были увлажнены и сомкнуты. Они хранили доверенное им до той поры… Пока чьи-то пальцы не подержали их над паром, чтобы ослабить связующую силу. Этим способом пользовалась некогда-то его матушка, чтобы прочесть Пашкины письма. Она лелеяла надежду, что сын переписывается с девушкой, и томилась вопросом — когда готовиться к свадьбе. (Бедная, ей пришлось дожидаться не одно десятилетие).