Знакомство [СИ]

В разговор вмешалась женщина, вначале она вежливо поклонилась Серёже, а потом обратилась к соплеменнику и, выслушав его, начала говорить. Теперь роль грубияна свелась к роли переводчика.

– Маленькая, она говорит, что начинать учиться нужно в юном возрасте. Деньги брать не хочет, потому что всё равно ничему научить не сможет.

– Серёжа, спроси, могу ли я просто присутствовать на занятиях? Я не прошу, чтобы со мной занимались.

Мужчина вновь вмешался:

– Он спрашивает, как ты собираешься учиться, если даже языка не знаешь?

Я засмеялась и пожала плечом.

– Мне важны движения, а не то, как они их называют.

Выслушав перевод, женщина улыбнулась, мужчина и женщина заговорили между собой.

– Маленькая, поехали домой. Камал нашёл школу, Камал же найдёт учителя, который будет сам приезжать на виллу.

– Подожди, милый! Женщина, кажется, соглашается.

И правда, кончив разговор с мужчиной, женщина взглянула на меня и медленно наклонила голову. Обучение началось тотчас – склонившись перед нею в благодарном поклоне, я получила удар ребром ладони по спине. Я рассмеялась, расслабила плечи и вновь поклонилась. Удовлетворённо кивнув, женщина пошла прочь.

– Серёжа, не переживай, – заглядывая в его глаза, я подняла к губам его руку и поцеловала. – Если занятие окажется бестолковым, я вернусь домой и больше сюда не приеду. Вполне вероятно, что искусство девадаси мне не по зубам.

– Телефон держи рядом! – ворчливо отозвался он.

Я засмеялась и, взмахнув руками, повисла у него на шее.

– Благодарю, Серёжа. Люблю тебя!

Он ушёл.

После долгих уговоров Камал таки согласился «охранять» меня за пределами зала для занятий, не скрывая недовольства, он придвинул кресло к самому входу в зал и уселся в него с самым неприступным видом.

Девушек-учениц было шесть, были они разного возраста и разной внешности – одни светлокожие, другие совсем смуглянки, одни повыше, другие пониже, все большеглазые и смешливые. В начале занятия девушки поминутно озирались на меня, вызывая на себя окрики мужчины-наставника. Девадаси не обращала на меня внимания и, в конце концов, добилась того, что и девушки перестали мной интересоваться.

Движения их тел повторить было несложно, но движения ступней и кистей рук я отслеживала с трудом; тотчас стараясь повторять, опаздывала, пропускала следующее. И всё же со ступнями дело обстояло более менее сносно, а вот с пальцами рук была беда – мои пальцы просто не желали складываться так, как было необходимо. Мужчина получал удовольствие, осклабя в улыбке рот, он откровенно насмешничал над моими усилиями.

Прошло, вероятно, часа три, когда девадаси покинула девушек и села на стул рядом с мужчиной. По её жесту девочки поодиночке выходили на середину зала и танцевали под пение подруг. После танца последней девадаси тем же жестом указала на середину зала и мне.

– Я?! – воскликнула я, растерявшись.

Она с серьёзным лицом кивнула.

Моё лёгкое платье позволяло любую свободу движений, но одновременно и прятало движения в своём объёме. Я сняла с головы платок, чем вызвала взрыв смеха у девочек, и повязала его вокруг талии. Смех девочек был вполне оправдан – без платка я выглядела, как поднявшая дыбом шерсть кошка. После вмешательства ведуньи, спящие волосяные фолликулы на моей голове активизировались, пустили совсем ещё маленькие волоски, образовавшие густой «подшёрсток», массой своей приподнимающий те немногочисленные, более длинные волосы, которые раньше и составляли мою «шевелюру».