Знакомство [СИ]

Он отправился за искалеченной женщиной в один дом, а меня старуха увела в другой дом.

В первой же комнатке она усадила меня на низкий с деревянной спинкой и грязноватым мягким сиденьем диванчик и предложила густое тёмное варево. Я осторожно втянула носом аромат – терпкий, знакомый, отхлебнула немного, проглотила и рассмеялась собственной настороженности: «Чай! Крепкий чёрный чай».

Старуха всё это время наблюдала за мной, кивнула головой в ответ на мой смех и ушла. Я огляделась.

Комната, и так небольшая, была тесно заставлена старой мебелью. За диваном шкаф. Перед диваном низкий и круглый резной стол, вокруг него два резных табурета. Около маленького окна нечто вроде кушетки, застеленной груботканым покрывалом, у противоположной окну стены – низенький очаг, по бокам от него и над ним полки, заставленные банками разной величины и из разных материалов. На верёвке, протянутой вдоль всей стены, висели пучки сухой травы.

Я поставила кружку с чаем на стол, подошла к окну и увидела залитый солнцем дворик. Как и площадка перед домом он был расчищен от растительности, но в отличие от площадки ещё и огорожен забором, сделанным из стволов бамбука. Джунгли нависали кронами деревьев над забором, грозя вернуться на отнятую территорию.

В комнату вошла женщина со шрамами, присела перед очагом и добавила в топку какие-то лепёшки, я решила, что это навоз, вновь отвернулась к окну, но там зацепиться глазом было не за что – дворик был совсем пуст, если не считать стопки, сложенных друг на друга, камышитовых матов. «Что я тут делаю?» – подумала я и вздрогнула от звука голоса в голове:

– Не знаешь, зачем пришла?

Я оглянулась. Старуха вернулась и смотрела на меня насмешливо.

– Знаю. Пришла в надежде обрести материнство.

Она подошла к полкам и, беря в руки то одну, то другую банку, ложечкой стала зачерпывать содержимое и ссыпать в металлический котелок.

– Кто ты? – спросила я.

Она искоса взглянула и пожала костлявым плечом.

– На твоём языке такую, как я, называют ведьмой.

– На моём языке ведьма – это ведающая мать. Ты – не индуска. А кто?

– Зачем тебе?

– И всё же?

– Моя родина – Персия.

– Персия? Ты хотела сказать Иран? Или ты имеешь в виду провинцию Фарс в Иране? – Она не откликнулась, и я задала новый вопрос: – Сколько тебе лет?

Набрав всё, что нужно, старуха налила в котелок воды из ведра, изготовленного из вездесущего в нашем мире пластика, поставила котелок на печурку и повернулась ко мне.

– Зачем тебе?

Я усмехнулась.

– Ты повторяешься.

– Мне много лет, люди столько не живут.

– Ты исповедуешь зороастризм?

– Да.

– Почитаешь Ахура Мазду?

– Да, но служу Ахриману.

– Почему?

– Наш мир заслуживает только одного – быть разрушенным! Наш мир – это мир лжи и насилия. Нашим миром правит зло!

– Иным словом – Ахриман!

– Да! Люди Земли служат Ахриману.

– Не все, большинство людей стараются служить добру.