Чудеса в решете, или Веселые и невеселые побасенки из века минувшего
- Автор: Черная Людмила Борисовна
- Год: 2021
- Язык: русский
- Год: Новое литературное обозрение
- ISBN: 978-5-4448-1650-9
- Жанр: Биографии и мемуары
Электронная книга - «Чудеса в решете, или Веселые и невеселые побасенки из века минувшего». Краткое содержание книги:
«Теперь мне 103. Вышли в свет две мои толстые книги. Пишу третью, хотя не уверена, допишу ли. Когда работаю, рука не дрожит. А когда раз в три месяца помощница Лена привозит меня в Сбербанк и надо расписаться за пенсию, руки начинают дрожать… Чудеса…»
Возможно, разгадка удивительной душевной молодости Людмилы Чёрной — в ее захваченности, очарованности жизнью и в самодисциплине. Высказываемые в книге суждения и оценки порой звучат вызывающе остро — тем интереснее знакомиться с образом мыслей автора и ее восприятием текущих событий. Перед нами не только свидетельство ровесницы «короткого XX века», но и, по выражению Н. С. Лескова, феномен «уходящей натуры».
Людмила Чёрная (р. 1917) работала журналисткой-международницей, переводила художественную литературу (Г. Бёлль, Э. М. Ремарк, А. Дёблин, Ф. Дюрренматт). Вместе с мужем, историком Д. Е. Меламидом, исследовала нацистский режим в Германии и написала книгу о Гитлере «Преступник номер 1». Издала в «НЛО» книгу мемуаров «Косой дождь» (2015) и публицистический сборник «Записки Обыкновенной Говорящей Лошади» (2018).
В конце 1950-х — начале 1960-х, то есть в начале оттепели, травля слабого приобрела некий зловещий смысл. Травили по-прежнему всем скопом, но уже взрослые, хорошо соображавшие дяди и тети — и не просто так, а с определенной целью: переложить вину за расчеловечивание огромной страны на одного травимого — и тем самым отвести удар от себя, такого же грешного, столь же виноватого.
На роль «мальчика для битья» во время оттепели был выбран журналист Давид Осипович Заславский. Ну, во-первых, он и впрямь не был ангелом, много лет пребывал в почете и славе при Сталине. А во-вторых, стал беззащитен. И это — главное.
За Заславским никто не стоял, к тому же был он еврей — а сталинский антисемитизм еще долго бушевал на просторах моей родины.
Правда, еврей Мехлис принес куда больше зла, чем все известные советские журналисты-евреи, вместе взятые: в годы Великой Отечественной бросал молодых, необученных солдат в самое пекло, на верную смерть. Срывал с командиров погоны и отправлял их в штрафбаты. Всю войну проработал у Сталина палачом. Но Мехлис был министром и членом ЦК КПСС, а в 1941–1942 годах — замом наркома обороны. И потому гонения на него были не безопасны, их можно было расценить, как посягательство на устои, на весь советский миропорядок.
То же самое надо сказать и о (не еврее) Вышинском. Тот был виднейшим сталинским опричником из интеллигентов, дал старт годам Большого террора. Но Вышинский умер, хотя уже при Хрущеве, но все еще на крупном дипломатическом посту — представителя СССР в ООН. Умер в большом почете.
Ну а теперь пора рассказать, что Заславский был моим знакомым. Познакомилась я с Давидом Осиповичем в гостях у Натальи Сергеевны Сергеевой. О ней я писала уже не раз. Н. С. была главным редактором «Нового времени» — единственного журнала в Советском Союзе, который и при Сталине, и при Брежневе занимался вопросами международной жизни, то есть объяснял советским гражданам, как им трактовать те или иные события в мире.
До этого Сергеева работала в газете «Правда» — «Центральном органе» партии большевиков, была дружна с Заславским, называла его «Давидос». Злые языки утверждали, что у Натальи Сергеевны был роман с Заславским. В конце 1920-х — начале 1930-х короткие любовные связи никем не осуждались. И связь дворянки, начинающей журналистки, красивой Наташи с мэтром журналистики Заславским не считалась в тогдашней редакции «Правды» чем-то предосудительным.
С тех времен много воды утекло, Н. С. стала немолодой женщиной, Заславский — стариком.
Таким я и увидела «Давидоса», придя с мужем как-то раз к Сергеевой, в ее единственную, правда, тридцатиметровую, комнату в коммуналке, в которую превратили барские квартиры в огромном доме на Арбате.
С Заславским была и тогдашняя его жена Юлия Васильевна. Без нее он и шагу ступить не мог, ибо был слепой.
После ухода Заславских сестра Н. С., Ирина, не преминула сообщить мне, что молоденькая Юлия — дочь простой банщицы (разнорабочей), закончила только школу, научилась печатать на машинке и начала работать чтицей у знаменитого Заславского.
Вот такую странную пару я повстречала тогда у Н. С. Сергеевой.
Для меня, всю жизнь мечтавшей стать журналисткой, имя Заславского многое значило. Он долгое время в был СССР журналистом номер 1. Писал на международные темы и на темы внутренней жизни. Писал, естественно, по заказу. Но в то время я уже понимала, что и журналисты на Западе пишут по заказу хозяев газет, где они работают, — однако отличаются от советских тем, что могут поменять газету, то есть заказчика, или вообще пойти, как Остап Бендер, в «управдомы»… Сама возможность выбора многое значила — у советских людей ее не было.
Однако это так, a propos…
Заславский писал фельетоны (иногда смешные) и памфлеты, очерки и передовые статьи, печатался не только в «Правде», но и в других газетах и журналах, в том числе в «Крокодиле». Был и литературным критиком, автором публикаций о Салтыкове-Щедрине, Ильфе и Петрове, Кольцове. Диапазон его писаний, как видите, был велик. По моей просьбе, уже слепой, Давид Осипович написал предисловие к переведенному мной роману Леонгарда Франка «Матильда», вышедшему в «Гослите».
Теперь я с некоторым удивлением вспоминаю, что журналисты в Советском Союзе и в ленинскую эпоху, и даже в сталинскую были замечательные, во всяком случае высоко квалифицированные — за исключением, пожалуй, восьми лет между концом Отечественной войны в 1945-м и смертью тирана в 1953 году…