Византия в эпоху иконоборчества

Но тут внезапно раздался ропот со стороны остальных франкских магнатов, недовольных нарушением условий договора 817 г. Как ни странно, в защиту мятежных сыновей выступил и Римский папа Григорий IV (827–844), поддерживавший Лотаря. Оказавшись в одиночестве, Людовик Благочестивый сделал последнюю попытку сохранить власть: он предложил Лотарю соправительство в Западной империи при условии, что вторая половина достанется Карлу Лысому по совершеннолетию, но Лотарь отказался[509].

В пику Риму большинство франкских епископов собралось в Вормсе, где подтвердили свою верность Людовику Благочестивому и подготовили папе послание. В нем содержалось приглашение (требование?) к папе приехать к ним на самозваный Собор, если, конечно, тот верен присяге императору, а если нет, то они низлагают его, как изменника и клятвопреступника.

Надлежит отметить, что сила Галльской церкви уже в то время не вызывала никаких сомнений. Во-первых, за ее епископами стояли мощные фигуры Пипина, Карла Великого и его сыновей, а, во-вторых, уже в те годы франкские архиереи владели почти третьей частью земель, находящихся в собственности императора Франконии. Король создавал епископии и архиепископии, и все архипастыри и аббаты давали ему клятву верности. Карл Великий, Людовик Благочестивый и Лотарь сами назначали епископов (светская инвеститура), и те, становясь вассалами, поднимались на одну ступень с графами и герцогами[510]. Поэтому франкские епископы находились лишь в номинальном подчинении Римского папы, не обременяя себя дополнительными обязательствами по отношению к Риму.

Не удивительно, что понтифик испугался франкского послания. Но некто аббат Вала доказал апостолику, что папа не подвержен никакому суду, как глава Кафолической Церкви. Успокоившись, Григорий IV отписал франкским архиереям соответствующее послание, ничуть не добавившее мира в Западной империи.

Не добившись своих целей мирным путем, Людовик Благочестивый в 833 г. двинул армию против объединенного войска трех сыновей, к которым присоединился и папа Григорий IV. На равнине «Красное поле» (после этой битвы его назвали «Полем лжи»), что располагалась возле Эльзасского имения императора Кольмар, противники встретились. Демонстрируя свое нежелание воевать с отцом, все три сына прислали уверения в сыновнем почтении и убеждали того, будто борются не с ним, а с враждебной им партией, нарушавшей их династические права. Сам папа явился в лагерь Людовика Благочестивого, где в течение нескольких дней вел с императором переговоры[511].