![Иван Тургенев и евреи [litres] - Читать Любимую Русскую Полную Книгу 👉 Read-E-Book.com](/uploads/posts/books/3/6/0/7/5/ivan-turgenev-i-evrei-litres-download.jpg)
Иван Тургенев и евреи [litres]
- Автор: Уральский Марк Леонович
- Год: 2022
- Язык: русский
- Год: Алетейя
- ISBN: 978-5-00165-406-3
- Жанр: Биографии и мемуары
Электронная книга - «Иван Тургенев и евреи [litres]». Краткое содержание книги:
В формате PDF A4 сохранен издательский макет книги.
Финалом этого конфликта стал состоявшийся 29 марта 1860 г. по требованию Тургенева третейский суд, на котором экспертами выступили Павел Анненков, Александр Дружинин, Степан Дудышкин и Александр Никитенко. Рассмотрев суть дела, они отвергли обвинения в плагиате. Их вердикт гласил:
…произведения Тургенева и Гончарова как возникшие на одной и той же русской почве должны были тем самым иметь несколько схожих положений, случайно совпадать в некоторых мыслях и выражениях, что оправдывает и извиняет обе стороны [ТУР-ПСП. Т. 4. С. 472].
После суда Тургенев объявил, что отныне его дружеские отношения с Гончаровым прекращаются.
По утверждению Дмитрия Васильевича Григоровича – писателя не Бог весть какого таланта, но чрезвычайно общительного и легко сходящегося с людьми, Тургенев являл собой человека деликатного, доброжелательного до услужливости и, в случае возникновения разного рода обид, весьма отходчивого:
Характер Тургенева отличался полным отсутствием задора; его скорее можно было упрекнуть в крайней мягкости и уступчивости.
В терпимости и снисхождении Тургенев доходил иногда до самоунижения, возбуждавшего справедливую досаду его искренних друзей.
Одно время он был увлечен Писемским. Писемский, при всем его уме и таланте, олицетворял тип провинциального жуира и не мог похвастать утонченностью воспитания; подчас он был нестерпимо груб и циничен, не стеснялся плевать – не по-американски, в сторону, а по русскому обычаю – куда ни попало; не стеснялся разваливаться на чужом диване с грязными сапогами, – словом, ни с какой стороны не должен был нравиться Тургеневу, человеку воспитанному и деликатному. Но его прельстила оригинальность Писемского. Когда Ив. Серг. увлекался, на него находило точно затмение, и он терял чувство меры.
Раз был он с Писемским где-то на вечере. К концу ужина Писемский, имевший слабость к горячительным напиткам, впал в состояние, близкое к невменяемости. Тургенев взялся проводить его до дому. Когда они вышли на улицу, дождь лил ливмя. Дорогой Писемский, которого Тургенев поддерживал под руку, потерял калошу; Тургенев вытащил ее из грязи и не выпускал ее из рук, пока не довел Писемского до его квартиры и не сдал его прислуге вместе с калошей.
Недостаток воли в характере Тургенева и его мягкость вошли почти в поговорку между литераторами; несравненно меньше упоминалось о доброте его сердца; она между тем отмечает, можно сказать, каждый шаг его жизни. Я не помню, чтобы встречал когда-нибудь человека с большею терпимостью, более склонного скоро забывать направленный против него неделикатный поступок. Раз только в жизни у него достало настолько характера, чтобы сохранить до конца неприязненное чувство к лицу, с которым прежде находился он на приятельской ноге, – лицо это был Некрасов [ФОКИН. С. 7 и 9], [ГРИГОРОВИЧ][285].
При всей своей «крайней мягкости и уступчивости», Тургенев, однако, не лишен был присущей всякому большому художнику эгоцентрической амбициозности, что отмечалось в мемуарах многих его современников. Так, например, князь Хлодвиг цу Гогенлоэ-Шиллингфюрст – виднейший государственный деятель Германии второй половины XIX в., отмечал в своем дневнике:
Париж. (21 марта) 2 апреля 1876 г.
В Тургеневе есть что-то от самодовольства, знаменитого писателя, но только в очень небольшой и не раздражающей мере. К тому же он любезен и естественен [И.С.Т.-НМИ. С. 436].
К сказанному выше можно добавить – как важное биографическое обстоятельство, тот факт, что Иван Тургенев к середине 60-х годов рассорился со всеми своими друзьями молодости: Герценом, Бакуниным, Львом и Алексеем Толстыми, Гончаровым, Некрасовым, Салтыковым-Щедриным, а в 1867 году и с Федором Достоевским.
Федор Михайлович Достоевский по своему психофизическому образу, да и внешне, был прямой противоположностью Ивану Сергеевичу Тургеневу. Большинство свидетелей времени характеризуют его невысокого роста, щуплого, человека с неуживчивым скверным характером. Во многом виной этому была эпилепсия, которой от страдал с молодых лет. Борис Парамонов, опираясь на диагноз Фрейда [ПАРАМОНОВ (I). С.349], полагает, что эта тяжелая болезнь была
у него не органического, а истерического происхождения. Неоднократно описывая эпилептические припадки, Достоевский всякий раз говорил, что самому припадку предшествует мгновение ни с чем не сравнимого блаженства, какого-то внеземного осияния, когда кажется, что вот-вот поймешь последнюю тайну бытия. Это неземное блаженство и срывается в припадок: человеку не дано удержаться на такой высоте [ПАРАМОНОВ (II). С.229].
285
Цитируется по: [ЭР: ИСТ]: URL:http://turgenev-lit.ru/turgenev/vospominaniya-o-turgeneve/v-vospominaniyah-sovremennikov-1/grigorovich-iz-literaturnyh-vospominanij.htm