![На краю одиночества [litres] - Читать Любимую Русскую Полную Книгу 👉 Read-E-Book.com](/uploads/posts/books/3/4/6/4/1/na-krayu-odinochestva-litres-download.jpg)
На краю одиночества [litres]
- Автор: Лесина Екатерина
- Серия: Одиночество и тьма #2
- Год: 2022
- Язык: русский
- Год: АСТ
- ISBN: 978-5-17-121334-3
- Жанр: Любовно-фантастические романы
Электронная книга - «На краю одиночества [litres]». Краткое содержание книги:
Уж точно не те, кому нужны ее дом и ее жизнь. Вот и остается надеяться на себя, мастеров и ту силу, которая способна как уничтожить, так и защитить.
А заодно проверит, как там Богдан с неловкой его влюбленностью, которая, быть может, пройдет, потому как мальчик еще юн, а может, и не пройдет. С любовью сложно знать наверняка.
И Арвис, который нарочито игнорировал соплеменницу.
Сама она, слишком уж демонстративно держащаяся в стороне. Сашка, которой все же пришлось потесниться. Шурочка и Миклош. Игнат.
Илья, пойманный прошлым вечером на станции. И ладно бы просто пойманный, так ведь с полудюжиной кошельков, в которых ему виделось обеспечение собственного светлого, незапятнанного светскою наукой будущего.
Янек, все же сумевший списаться с матерью и на том, кажется, успокоившийся.
Курц.
Анна повернулась другим боком, убеждаясь, что тут странное положение ее ничуть не более заметно. Пока, во всяком случае. И вдруг осознала, что понятия не имеет, когда вообще становится видно. Говорят, что у худых раньше. А Анна худа.
Не чересчур ли?
– Ты прекрасна, как ни посмотри, – Глеб просто обнял ее и поцеловал в щеку. Он принес с собой запах вьюги и немного снега, который стремительно растаял.
Холод. И тепло.
– Как Земляной?
– В очередной раз глубоко раскаивается. А еще уверен, что если он ничего не сделает, то Ольга сбежит… я с трудом отговорил его от кражи.
– Чего?
– Кого. Ольги. Мне почему-то идея украсть и запереть ее в доме не показалась удачной. Тем более в том доме не слишком-то чисто. Да и поварихи нет. А голодная женщина, как показывает опыт, не слишком склонна к прощению.
– Пусть он на ней женится.
– Он боится.
– Тогда пускай не женится. – Анна оперлась на мужа, мучаясь желанием сказать и одновременно страхом.
– Он тоже боится. Ей надоест, и Ольга уедет.
– Уедет. На каникулах. И выйдет замуж. Так и передай.
– Хорошо. – Он коснулся губами ее шеи. – Передам… и напомню, что убивать чужих мужей незаконно, хотя у Земляных привилегии. А давай ты ему просто прикажешь?
Анна улыбнулась. Себе и своему отражению. Она скажет. Позже. Когда заглянет в светлые глаза кахри и убедится, что ошибки нет.
Метель играла.
Новорожденная, сплетенная из колючего снега и колючего же ветра, она только-только входила в полную силу. Метель трогала ветви елей, пробуя их на прочность, когтистой лапой касалась сосен, и обындевевшая кора их звенела.
Ма-атаги-ал-лоси присел на поляне.
Он с немалым наслаждением избавился от одежды, которую люди находили отчего-то обязательной, и метель поспешила к новой игрушке. Тонкие иглы льда рисовали на посиневшей коже один узор за другим, рассказывая о том, что было. И будет.
Некоторое время он слушал, а после, когда устал – не от метели, она, как многие дети, была игрива, но от уравновешенности здешнего мира, нарушать которую Ма-атаги-ал-лоси не имел права, – он достал ледяную флейту.
Приложил к губам. Дунул.
И метель поспешила, она собралась вокруг, бросив и ели, и сосны, и крохотный экипаж, с которым метель заигралась на тракте. Говорящий-со-снегами при желании мог бы уловить и удивление людей, которые мысленно готовились уже ко встрече со своим Богом, и робкую их радость.
Пускай.
Сегодня он играл песню зимы, которая вот-вот нагрянет. И музыка эта была такова, что по кольчужным стволам ближайших сосен поползли седоватые нити льда.
Выше. И еще выше… становилось холоднее. И оборвалась где-то рядом крохотная жизнь, то ли птичья, то ли беличья. Острое сожаление заставило играть быстрее. И еще быстрее.
Время холода. Время тепла.
Солнца, что запуталось в ледяных тенетах, но вырвется всенепременно. Время иных и время людей, которых становится раз от раза больше, в то время как дети мира уходят.
Почему?
Те, кто стар, кто видел рождение многих бурь, уставали жить. Но ведь были и другие… как тот, в ком текла собственная кровь Ма-атаги-ал-лоси.
Как?
Метель не знала. Она загрустила, захныкала на многие голоса, в которых чудилось знакомое: «Красавицы по-прежнему прекрасны. А юные дети метели сильны».
Но отчего тогда пусто становится в Ледяных чертогах? Почему так редко загорается огонь новой жизни? И отчего старейшая из рода отправила свою дочь и надежду сюда, заплатив за это частью сути своей?
Ма-атаги-ал-лоси не знал.
Он думал. Много думал.
И даже испытывал почти непреодолимое желание взять эту странную человеческую женщину, которая не понимает сама, что получила, за шею и шею эту сдавить. Она хрустнет так же легко, как обледеневшая ветвь под ступней. Но… тогда остальные обидятся.
А они нужны. Зачем?
Та, которая слышит сердце мира, не пожелала объяснять. Она лишь сказала, что равновесие восстанавливается, и если так, то у детей Зимы и Ветра есть еще шанс. А раз уж Ма-атаги-ал-лоси сумел прижиться среди тех, чей век столь короток, что не успевает он увидеть и сотню ликов снега, то ему и приглядывать.