![На краю одиночества [litres] - Читать Любимую Русскую Полную Книгу 👉 Read-E-Book.com](/uploads/posts/books/3/4/6/4/1/na-krayu-odinochestva-litres-download.jpg)
На краю одиночества [litres]
- Автор: Лесина Екатерина
- Серия: Одиночество и тьма #2
- Год: 2022
- Язык: русский
- Год: АСТ
- ISBN: 978-5-17-121334-3
- Жанр: Любовно-фантастические романы
Электронная книга - «На краю одиночества [litres]». Краткое содержание книги:
Уж точно не те, кому нужны ее дом и ее жизнь. Вот и остается надеяться на себя, мастеров и ту силу, которая способна как уничтожить, так и защитить.
– А если нет? – Слезы исчезли. И взгляд стал цепким, внимательным.
Как Глеб не замечал прежде?
– Если нет, то, вновь же, пользуясь своим правом главы рода, я выдам тебя замуж. И передам право распоряжаться твоим имуществом, включая ежемесячное содержание, твоему же супругу. И уже он подпишет договор с отказом. А пока я буду искать кого-то в достаточной мере стесненного в средствах, чтобы закрыть глаза на твой характер, ты поживешь в какой-нибудь тихой обители. Думаю, Наталья поспособствует.
А вот теперь черты ее лица исказила ярость. Первобытная. Дикая.
– Ты не посмеешь…
– У тебя есть выбор.
– Глеб, – она справилась со злостью, чтобы вцепиться в рукав, прижаться всем телом, дохнуть в лицо сладким запахом духов. – Ты… ты же понимаешь, что я совершила глупость. С кем не бывает?! Или это она? Твоя жена? О да… как же… великая княжна… кто бы знал… в какой грязи и княжны… она все равно не сможет родить тебе наследника! Я ведь знаю, что проклятия выжигают в женщинах все, что ни один целитель не рискнет. Не возьмется. И что у тебя не будет своих детей, если ты, конечно, не рискнешь сменить жену.
Высвободиться из цепких рук ее оказалось непросто. И Глеб лишь порадовался, что Анна не видит этого. Ей было бы неприятно.
– Что еще? Наталья? О да… матушка настоятельница… на нее рассчитывать не стоит. И выходит, род прервется?
– Выходит, прервется.
– Вот так просто? И титул, и… остальное? И ты позволишь?
– Позволю.
Елена сделала шаг назад. И, остановившись, покачала головой. Она прижала сцепленные руки к сердцу, вздохнула:
– Ты злишься, я понимаю. Но пройдет время, и ты поймешь, что просто не имеешь права поступить так. Ладно я, но наш род… предки… дать ему исчезнуть лишь из-за своей злости?
Глеб молчал.
В чем-то она была права, но оставить все как есть? И дать Елене возможность вмешиваться в его жизнь вновь и вновь? А она будет вмешиваться. Полтора миллиона лишь кажутся большой суммой, но рано или поздно деньги иссякнут. И тогда…
– Я знаю, о чем ты думаешь, – Елена склонила голову и вдруг снова стала похожа на хрупкую несчастную девушку. – Я не слишком серьезный человек. Я выйду замуж за какого-нибудь проходимца, который растратит деньги, и буду доживать век в нищете и ненависти. Или в монастыре, на что так надеется Наталья… Она тебе не писала? Писала, конечно. Мне вот постоянно. Требует раскаяния и отречения. Только я не раскаиваюсь. Не умею.
Она развела руки широко, точно желая обнять весь мир разом.
– Я не раскаиваюсь, слышишь? И я… когда-нибудь мы встретимся вновь. Ты. Я. И мои сыновья… И ты увидишь, что если не деньги, то титул… ты обязан будешь оставить его!
Договорив, она сбежала по ступеням.
Мгновенье. В толпе мелькнуло темное платье. Мелькнуло и исчезло. А Глеб с трудом подавил в себе желание броситься следом. И совесть заткнул.
Что будет потом? Он не знал. Получится у нее или нет? Передумает ли он? Любой договор можно отменить по соглашению сторон. Или оставить в силе.
Он дернул галстук, ослабляя узел, и сделал глубокий вдох. Закончилось. Почти.
Анна ждет в гостинице, вновь мысленно перебирая вещи, которые паковались не одну неделю, но всегда ведь что-то да забудешь.
Он вдруг улыбнулся. Посмотрел на часы.
Половина третьего. И есть еще время заглянуть в крохотную часовую лавку, где для Глеба за малую плату нашелся и угол, и инструмент.
Шкатулка была почти готова.
Глеб провел ладонью по крышке. Осталась малость – настроить звучание и вплести в восстановленный механизм простенькое заклятие. Он придумал какое…
Паровоз пыхтел, выплевывая клубы пара, которые оседали капелью на зонтах и чемоданах, на темных дорожках, слегка побитых пылью, на этой пыли, слепляя ее в комья, а комья кидая под ноги пассажиров.
– Поглянь, нет, ты поглянь, какая образина… – Курц вытянул шею, вглядываясь куда-то в толпу. – Чисто обезьян…
– Сам ты обезьян, – лениво отозвался Илья, который устроился верхом на самом большом чемодане, бросив при том, что за багажом пригляд нужен, а то на вокзалах такие спецы работают, чуть отвернешься, и все. – Это негра.
– Где? – Шурочка, Ильюшиному примеру последовавший, живо вскарабкался на чемоданную гору.
– Там, – Сашка указала пальцем в толпу. – Видишь, черный идет? Точно рожу воском натерли.
Анна вздохнула.
Дети были хороши в своей непосредственности, но Анна подозревала, что далеко не все с нею согласятся.
– Ведите себя прилично. – Калевой поправил галстук и удостоил прочих насмешливым взглядом. – Можно подумать, негров никогда не видели.
– Не видели, – честно признался Шурочка и от смущения сунул в рот мизинец.