Битва за Лукоморье. Книга II [сборник litres]

– А богатырь что?

– Ясное дело что. Вернулся в столицу, головы чудищ в тронном зале повесил. Песен про него и в самом деле немало спето, только скучных, ни одна короля не переживет.

– Так он жив еще, выходит? И кто же это?

– Незачем тебе его имя знать. Вашего брата куда только не заносит, может, и помощь королевская понадобится, а ты уже сейчас желваками играешь.

– В морду бы такому… красивому дать, – чувства Алеша скрывать не стал и для наглядности сжал кулак, – ну да худ с ним! Этот Охотник со шрамами… его часом не Стояном ли зовут?

– Да как бы ни звали, – махнул свободной рукой спутник. – Не в нем дело, и не в короле, и даже не в чудищах, а в тебе и дороге твоей. Есть у каждого из нас путевой камень, лишь нам видимый. Поначалу дорог на нем – голова кружится, а в конце одна остается, с которой сойти ох как трудно. Хотя, сам знаешь, и такое случается.

– А ведь думал я о камне путевом… – Алеша в который раз покосился на спутника. – Потому и плелся еле-еле, что не знал куда.

Не знал и сейчас не знает, может, потому Громослав и объявился? Может, он и впрямь вещий? В чародеях-то Алеша разбирался, да на свете немало тех, в ком волшба живет, а они и сами о том не знают, скрыта она до поры до времени. Таких и в кудесники не запишешь, и распознать с ходу не выйдет. А может, и не чародей его советами сейчас одаривает, а просто мудрый, многоопытный человек. Дорога, она многому учит, как и песня.

– Точно ли не знал? – Неспешно шагавший рядом гусляр вдруг заступил китежанину дорогу, проницательно в лицо глянул: – А про выбор между тем, что велено, и тем, что правильно, тебе тоже говорили или своим умом дошел?