Анатолий Чубайс: великий инквизитор

В объективный процесс глобального кризиса «пределов роста» вмешалась политическая конъюнктура — развивающиеся нефтедобывающие страны ОПЕК в 1973–1975 гг. нанесли по Западу «удар с тыла» — подняли цены на нефть и вызвали тем самым острый энергетический кризис в индустриально развитых странах.

Гайдар и его «мальчики» не могли не знать в 80-х гг., читая все эти материалы в оригинале (по-английски) на семинарах у академиков Шаталина и Петракова, что всем этим «пределам роста» подвержен и СССР, который, несмотря на идеологическую конфронтацию «двух систем», на практике никогда не выпадал из мирового научно-технического прогресса. Более того, та самая «советская система хозяйствования», которую столь настойчиво собирались разрушить «гайдаровские мальчики», на деле представляла не «кризис социализма», а кризис одной из крайних форм управления («этатизма») экономикой, обществом и природопользованием, присущей в большей или меньшей степени всем мировым сверхиндустриальным государствам конца XX в.

Но КПСС уже давно, с тех пор, как Сталин на XIX съезде в 1952 г. поменял ее название (с ВКП(б) на КПСС), не было партией, а тем более — коммунистической. Фактически это был корпус высших госчиновников (номенклатуры), который управлял и СССР, и всем мировым социалистическим лагерем.

Это понимали даже беспартийные граждане СССР. Реагируя на указ Ельцина от 6 ноября 1991 г. о запрете КПРФ— КПСС, никогда не состоявший в рядах партии инженер из Мурманска Александр Оболенский, депутат съезда народных избранников СССР, публично выступил против этой репрессивной меры. Позднее, в обширном интервью газете «Трибуна», он так мотивировал свой протест: «Теперь думающие люди понимают, что, запретив КПСС, из государственности вынули стержень. На тот момент в стране отсутствовали гражданское общество, сбалансированные институты государственности. Даже сейчас наши призывы к стабилизации равносильны тому, чтобы заставить ходить человека с переломанным позвоночником».