«Священные войны» Византии [publisher: SelfPub]

Надо сказать, в такой ситуации это было самое естественное и легко угадываемое решение придунайской армии, за которым последовали и не менее прогнозируемые действия людей, поднявших бунт и хорошо понимавших, чем для них закончится его подавление со стороны законной власти. А так ничего и не предпринявший для успокоения войска Петр прибыл в Константинополь и объявил царю о восстании солдат.

Получив известие об этом, император не предпринял никаких ответных шагов, будто опасности не было вовсе. Вместо организации обороны от мятежников царь давал ристания народу. Когда стало известно, что Фока находится уже неподалеку от столицы, св. Маврикий направил к нему послов, но мятежники не приняли их. В это же время его сыну Феодосию, отдыхавшему в своем имении в 20 км от Константинополя, пришло послание Фоки, в котором глава мятежной армии предлагал царевичу принять на себя верховную власть или передать ее Герману, поскольку армия отказывается подчиняться императору. Взволнованный Феодосий немедленно отправился к отцу, который велел расставить караулы на крепостных стенах столицы. Но никаких более адекватных мер опять не предпринял[608].

Словно общая слепота овладела всеми, включая самого царя. Целое войско шло к столице, но никто не противостоял мятежникам. Напротив, Фоку приветствовали восторженными криками, будто ждали от него избавления от бед, нахлынувших на Римскую империю. В этих условиях св. Маврикий перестал доверять самым близким людям, включая Германа, обвиненного в измене и спешно бежавшего от явной смерти, а константинопольцы с нетерпением ожидали подхода армии Фоки, всячески понося императора бранными словами. Потеряв самообладание, св. Маврикий решил покинуть столицу и спастись бегством. Сняв царские одежды, он и его семья погрузились на корабль, но на море была буря (стоял ноябрь месяц), и им с большим трудом удалось пристать к пристани около города Пренета, близ храма мученика Автонома. Истрепанный плаванием, св. Маврикий окончательно занемог – его мучила подагра, и он попытался использовать последний шанс, чтобы спасти хотя бы наследника. Феодосия император направил к Персидскому царю Хосрову, своему названному сыну, но по дороге царевича, который был уже в Никее, неожиданно настиг приказ отца вернуться обратно. Причина так и осталась неизвестной.