Любовь и бессмертие [СИ]

Паша хмыкнул и отвернулся от окна.

– Надо помочь, – промолвила я.

Тотчас же цвет светофора изменился, и машина тронулась.

– Движение запрём, – буркнул Павел. – И без нас помощник отыскался.

Я оглянулась и увидела, что у ног девушки присел мужчина, и девушка выпрямилась. Вновь откидываясь на спинку кресла, я с раздражением поправила пальто на голых коленках и не в первый раз за сегодня выругалась: «Чёртов замок!»

Володя лукаво блеснул глазами в зеркало заднего вида. Рыжий, веснушчатый богатырь, навязанный мне Серёжей в качестве второго «телохранителя», был немногим старше Павла того времени, когда я с ним познакомилась. Насмешник и балагур Володя тотчас терял дар речи, как только в гостиную входила Ольга. «Хорошая партия могла быть для девочки, – подумала я, – если бы девочка не была влюблена в другого».

Гемангиому Ольге убрали в несколько этапов. Былое пятно напоминало о себе едва заметной асимметрией лица, впрочем, абсолютно невидимой непосвящённым, но Оля по-прежнему прячет правую половину лица. По привычке.

«И влюблена девочка в моего старшего сына. В этом году Максу исполнится двадцать семь. Катька успела и замуж выскочить, и разойтись, родила Ваню, а Макс так и не встречался ни с кем».

Несмотря на возвращение Серёжи, Макс остаётся главой семьи и ведёт себя с малыми, как отец. Малоразговорчивый, серьёзный Андрей оживляется только при общении со старшим братом или отцом, обсуждая с ними историю великих битв или тонкости современного оружия. Со мной Андрей снисходительно отзывчив, то ли терпит мою нежность, то ли, и впрямь, испытывает в ней потребность – иногда, прижавшись к груди, попросит: «Мама, помолчи со мной». Лучистая Сашка перемещается с рук на руки, с коленей на колени, даря всем без разбору любовь и радость. Даже Даша оживает, отогревается в её присутствии, целует и голубит Сашу, смеётся и неожиданно для себя самой начинает строить планы на будущее. Стефан и Андрэ благоговеют перед Сашей – обнимая её, замирают, будто в экстазе, не могут надышаться её воздухом и наглядеться в её синие глаза и абсолютно теряются, не зная, как вести себя с Андреем.

Я вздохнула, и вздохнула слишком шумно, так, что Володя взглянул на меня уже без лукавства, а Паша, не поворачивая головы, спросил:

– Ты чего, Маленькая?

– Думу думаю, – буркнула я.

Машина повернула на площадку перед стеклянным небоскрёбом. Серёже я так и не позвонила. Павел открыл дверцу, опираясь на его руку, я вышла и предупредила:

– Паша, только до дверей офиса. Внутрь вы не заходите.

– Понял уже, чего десять раз-то одно и то же?

Скоростной лифт доставил так быстро, что заложило уши. Павел и Володя остались стоять, и я спросила:

– А куда?..

– Ты же сказала до дверей офиса. Весь этаж – офис Сергей Михалыча.

Я осмотрелась – на площадке, украшенной современной живописью, дверь, и правда, была одна.