Его Искушение
- Автор: Гур Анна
- Серия: Одержимые (Гур) #6
- Язык: русский
- Жанр: Современные любовные романы
Электронная книга - «Его Искушение». Краткое содержание книги:
Проникновенный голос заставляет сердце пропустить удар.
Мой затравленный взгляд мечется по пространству и не находит выхода.
— Не стоит. В этот раз сбежать уже не получится.
Прозрачные глаза смотрят пристально. Подавляют.
— Я не собираюсь становиться твоей игрушкой!
Ухмыляется.
— Ты уже стала моей, когда я тебя купил.
Резкий рывок. Впечатываюсь в литую грудь, и меня опаляет жаром запретных слов:
— А теперь мы продолжим с того самого, на чем остановились. Раздевайся.
*Альтернативная реальность. Временных привязок нет.
Мертвые вне подозрения. Я жрал агонию, запивая болью, и смотрел в глаза Худого, когда он понял, кто стоит перед ним в белоснежной форме официанта.
Я улыбался, когда шакал брызгал слюной и орал, что лично видел мой труп. Трупом стал он за все, за всех. Долбаный торговец человеческими жизнями, распорядитель смерти.
Он подох от лезвия. Недаром мне дали кликуху “Кровавый”. Умение работать со скальпелем от отца. Все же мне было предначертано стать хирургом.
Когда последний враг был повержен, я сел на пол, лег на бетон под тяжестью собственных ранений, добраться до главаря оказалось сложно, пришлось умирать по-настоящему, ловить пули.
Но душа, вернее, то, что у меня осталось от нее, рвалась в клочья, потому что я был виноват во многом, грехов не пересчитать, но съедало меня лишь одно.
Я так и не увижу ее, их…
Не вдохну живительный аромат брусники, не прикоснусь к своей жене и так и не почувствую, что жив.
Где-то внутри меня, несмотря на все, живет мальчишка с перебитым хребтом, но не убитой верой в правосудие…
И как на повторе ее крик.
— Иван!
Возвращает вновь.
И я встаю, заставляю себя идти, не реагирую на боль, на прошивающие конечности стекла и металл, я стараюсь выжить хоть еще лишь раз, чтобы увидеть свою зарю, надышаться запахом куста, растущего на болоте.
И перед глазами она, как на ее грудь кладут новорожденного. Мое дитя.
Пытаюсь не наступать на поврежденную ногу, заваливаюсь в тачку и борюсь со тьмой.
Выбираюсь.
Завожу мотор и еду.
Никогда не боялся. Мне нечего было терять.
И в тот миг, когда понял, что люблю, пришло осознание, что уязвим. Аврора. Она тот рычаг, дерни за который, и зверь будет драть собственную грудную клетку, сжирать себя, только чтобы ей не навредить.
И опять нахожу себя у моего персонального лифта, ведущего в кабинет Цукерберга.
Я буквально вываливаюсь, как только открываются двери, и успеваю заметить бледное и шокированное лицо человека, знавшего моего отца.
— Ваня!
Кричит и бежит ко мне, наклоняется и я успеваю прошептать перед тем, как отключиться:
— Для всех я мертв.
Подмечаю, как старый друг кивает. Я не хочу, чтобы Аврора хоронила мужа во второй раз, а то, что выкарабкаюсь сейчас — шансы малы.
Может, и меньше тех заветных двух процентов.
Меня вырубает и даже истошный крик Авраама не заставляет поднять тяжелые веки.
— Реанимацию срочно!
— Больше с того света я тебя вытаскивать не буду! — рык Авраама сотрясает белоснежные стены кабинета, выходит на такие децибелы, что я думаю, все рамочки с регалиями на стене каким-то чудом не грохаются на пол.
— Цукерберг, ты хочешь, чтобы у меня перепонки лопнули? — ухмыляюсь беззлобно. Профессору многое позволено, он мне почти как отец.
— Нет, я хочу, чтобы ты перестал идти, как чертов гладиатор, на заведомую смерть. Я тебя еле спас, Иван. Ты клиническую смерть перенес. Хватит, Ваня.
— У меня не было другого выбора, профессор, я защищал свою семью.
Хмурится и снимает очки, отбрасывает их на стол и трет переносицу.
— Ты мне сына заменил, Ваня. Я не хочу больше копаться в твоих внутренностях и вытаскивать из тебя пули. Хватит. Завяжи со всем этим. Ты же выиграл свою войну.
Киваю. Выиграл. Вырвал право на жизнь для людей, которые значат все и даже больше.
— Есть еще дела.
— Какие?!
— Я жив. Это главное.
— Просто завяжи с этим, Ваня, хватит.
Киваю.
— Однажды, когда придет время, я так и сделаю, Авраам, но не сейчас.
Поднимаюсь из кресла, встаю в полный рост и смотрю на старого верного друга. Есть понятия еще в мире. И я не единственный, кто чтит закон, особый, чертов праведник, идущий по грешному пути.
Я бы переиграл свою жизнь.
Хотя нет.
Не переиграл, ведь тогда бы не случилось в моей судьбе Авроры.
— Долго еще будешь скрывать свое существование, Ваня?
— Нет. Я хочу увидеть жену и своего ребенка.
Разворачиваюсь и иду к лифту.
Много времени прошло. Враги перебиты. Те, кто праздновал победу, поднимали за здравие, а получилось, что за упокой.
Жму педаль газа и с трудом удерживаюсь, чтобы не вогнать ее в пол. Предвкушение, боль, нетерпение. Все чувства вышли из-под контроля.
— Аврора…
Произношу ее имя и улыбаюсь, тосковал. Дико. Безумно. Истосковался по ней, по ее голосу, по белоснежной коже и по кайфу, который она заставляет ощущать.
Чем меньше дистанция, тем больше сомнений в душе.
Я задолжал ей слишком многое.
Поймет ли? Сумеет ли простить?
Я уходил на смерть и проклятые два процента позволили мне выжить. Сожалею ли я хоть о чем-нибудь? Нет. Все было для того, чтобы золотоволосая красотка вошла в мою жизнь в роли очередного развлечения, а засела в сердце на всю жизнь.