Сталин. Биография в документах (1878 – март 1917). Часть I: 1878 – лето 1907 года

Вероятно, ротмистр Джакели понимал шаткость доказательной базы дела. Подводя в октябре 1902 г. итоги тифлисскому дознанию о деятельности кружка РСДРП, товарищ прокурора Тифлисской судебной палаты Хлодовский объявил результаты батумского расследования неудовлетворительными, отметив, что относительно «преступной деятельности Джугашвили в гор. Батуме» найдены «некоторые указания» на причастность его к рабочему движению, но никаких «точных и определенных фактов по сему предмету дознанием не установлено», все базируется только на слухах и предположениях»[388].

Вполне возможно, что к мнению Хлодовского примешивались ведомственная ревность, а может быть, он сам был подвержен модным свободолюбивым взглядам. Тем не менее батумская администрация и полицейские власти крайне неудачно действовали во время беспорядков, а жандармы проявили полную неосведомленность. Агентуры среди революционно настроенных рабочих и местных социал-демократов у них, похоже, в то время вовсе не было, по крайней мере нигде не находится ссылок на полученные от нее сведения. Год спустя, летом 1903 г., петербургское начальство отчитало начальника Кутаисского ГЖУ генерала Стопчанского. Он, как и полагалось, регулярно докладывал в Петербург об обнаруженных в губернии листовках, причем появлялись они не столько в крупном промышленном Батуме, сколько в Кутаисе и других небольших городах. Препровождая в столицу эти листовки, Стопчанский столь же регулярно сообщал, что найти распространителей не представилось возможным. За весь 1903 г. кутаисские жандармы не поймали ни одного из них, ввиду чего Департамент полиции «имел честь просить» генерала Стопчанского «выяснить, откуда означенные прокламации доставляются, и если местного изготовления, то где именно и кем таковые воспроизводятся, а также принять меры к задержанию лиц, занимающихся распространением воззваний, и о последующем уведомить»[389]. Совершенно очевидно, что в небольших кавказских городах, где все друг друга знали, неспособность жандармов установить распространителей листовок могла объясняться либо полнейшей некомпетентностью, либо феноменальной ленью, либо же, наконец, коррумпированностью и погруженностью в сеть местных связей. Таким образом, не стоит удивляться тому, что дознание о мартовских беспорядках 1902 г. в Батуме закончилось полным провалом.