Сны о красном мире
- Автор: Вересень Мара
- Год: 2022
- Язык: русский
- Жанр: Любовно-фантастические романы
Электронная книга - «Сны о красном мире». Краткое содержание книги:
Выбор сделан. Вдох. Пауза и…
Где смерть не смерть, а жизнь всего лишь миг,
Но в алых снах моих мне грезился не ты,
Лишь звук твоих шагов…
Самое ужасное было в том, что тетрадь со стихами хранилась в запирающемся на ключ ящике стола вместе с памятью о Тер, овеществленными осколками того самого прошлого настоящего – старым бордовым плащом, платьем, книгой, таблицами в мятом тубусе без крышки, весталом и рубиновым браслетом с надписью «Королеве моего сердца». Олег сказал, что искал ручку. Девушка не стал прислушиваться к его голосу, чтобы понять, говорит ли он правду или пытается так нелепо оправдать свое любопытство, просто подошла, аккуратно вынула тетрадь из его рук, неспешно направилась на кухню, чиркнула спичкой и спустя несколько минут в мусорном ведре осталась только кучка пепла. Запах гари был просто невыносим, но у Милены не было сил открыть форточку.
Все. Возврата назад больше нет. С легкой руки Олега она сожгла еще один мост, ведущий в прошлое. А боль… Она была с ней, с ней и останется. И совсем не обязательно марать своим отчаяньем бумагу, можно писать и в душе, ведь туда забраться всяко сложнее, чем в ящик стола. Олег завелся, стал обвинять, что жечь хорошие стихи – преступление, а потом наткнулся на взгляд Милены и замолчал.
«Да, замолчал. И ты молчи, совесть. Теперь – молчи. Это – его ошибка. Единственная. А остальное… Не мне решать. И не тебе».
Наверное, это все-таки была заслуга Олега, в том, что ей удалось выбраться.
…В тот день он пришел позже обычного и Милена, пока его ждала, соорудила рисовый пудинг. Накрыв на стол, она пошла переодеться и по пути вдруг поняла, что ящик стола пуст. Вошедший спустя полчаса Олег так и застал ее стоящей посреди зала.
Милена промолчала, предоставив ему самому решать, когда и как рассказать. Пошли на кухню.
– Спасибо, родная, было очень вкусно.
Она улыбнулась в ответ. Искренне. Почти.
– Может, сходим куда-нибудь? Мне не хочется сегодня оставаться дома.
– Извини, в другой раз. – У него и правда был виноватый вид. – Меня попросили подежурить. Я еще посижу немного и пойду.
– Олег… – Не сдержалась-таки. – Олег…
Она никогда не звала его Олежкой или каким-нибудь другим домашним именем или прозвищем, никогда не называла любимым, не говорила, что любит, потому что это было не так, она точно знала. И он знал, но делал вид, что не знает, что это одиночество и боль толкнули ее к нему. Потому – Олег. И только.
«Ты ничего не хочешь мне сказать?» – умоляли глаза.
Милена вышла из кухни в зал и уселась в кресло, отвернулась к окну. Задернутые шторы чуть вздымались и опадали, как грудь спящего, неспешно, равномерно, в такт ее дыханию.
«Ветер в окно. Надо заклеить… как-нибудь потом… Почему он ничего не сказал?»
– У меня кое-что есть для тебя.
Она обернулась. Олег стоял, протянув руку, на ладони – ключ.
«Говори», – моча попросила Милена, чувствуя, как в глазах скапливаются слезы обиды и собственной слабости.
Олег подошел, присел рядом и вложил ключ ей в ладонь.
– Я знаю, ты поймешь. Так нужно. Для тебя. Это ключ от ячейки в банке. Все твои вещи там. Я не хочу ничего спрашивать, вернее, хочу, но не стану. Не спрашивал раньше, не стану и сейчас, если только ты сама… – Пауза. Слышно, как шелестят секунды, как дышат сквозняком шторы. – Это мешает тебе жить. Поэтому прошу, только когда поймешь, что готова разобраться со всем этим, тогда и заберешь. Попробуй. Мне кажется, должно получиться. Постараешься?
Милена кивнула. Во всех виденных ею фильмах после подобных сцен герой или героиня со слезами на глазах и дрожью в голосе рассказывали партнеру свои стр-р-рашные тайны, каялись в совершенных грехах и прочее. Олег, наверное, тоже ожидал чего-то подобного, но Милена продолжала молчать. Внутри было пусто, слезы высохли также внезапно, как и появились, только руке, в которой лежал ключ, было грячо.
Примерно через месяц их роман, если это можно было назвать романом, тихо скончался. Олег ушел из ее жизни, но Милена была уже другим человеком. Мучило одно – она так и не сказала ему «спасибо».
«Что улыбаешься? Довольна? Теперь спи, совесть, спи, пока пора не придет. Что?»
Напоминание об отце отдавало горечью. Она ведь не попрощалась с ним тогда, а значит… Не обещала же… Надо съездить. Просто так. Навестить, посидеть рядом, помолчать. Вроде каждый о своем, но – вместе.
«Только не сейчас, как-нибудь попозже, по весне, взять отпуск…»
Все небо было в серых облаках с ярко-голубыми и густо-синими прорехами. Календарная весна уже наступила, но февраль никак не желал уходить. Он цеплялся за бордюры, стриженные еще по осени кусты, глухие проулки и темные углы дворов кучами грязного снега и пронимал до костей леденящим ветром. Но ни последние потуги зимы, ни вылинявший и как-то съежившийся за холодный сезон город, ни тротуары с проступившим из-под осевшего снега сором и замызганные едва ли не по самые окна автобусы и машины не могли прогнать радостную приподнятость и ощущение приближающегося праздника.