О себе. Автобиография, сценарии, статьи, интервью

Сверху на столе лежат документы по делу Дарека. Рядом справочник адвокатов – где она и оставила. Уля машинально его листает, возможно думая о мелком тщеславии мужа, и натыкается на фамилию Лабрадора. Теперь напротив фамилии стоит небольшой, но отчетливый вопросительный знак красным фломастером. Уля смотрит с удивлением – не заметила этого знака два дня назад или его не было? Закрывает справочник и еще раз, быстро, в надежде избавиться от наваждения, открывает. Вопросительный знак на месте. Внезапно ей в голову приходит какая-то мысль.

Быстро оборачивается и тихо произносит.

УЛЯ. Антек. Антек!..

Медленно кладет справочник к документам по делу Дарека, поверх стопки, которую, скорее всего, назвала “Что нужно завершить”.

На дне ящика находит заграничный конверт для фотографий. Довольно пухлый, несколько раз обмотанный скотчем. Колеблется, открывать ли так глубоко запрятанный конверт. С внезапным предчувствием разрывает скотч. Достает фотографии. На всех – обнаженная хрупкая девушка в разных позах. Снимки не порнографические, но явно эротические – такие в начале шестидесятых печатались в заграничных журналах и украшали еще вполне невинные импортные календари. Снято хорошо, профессионально, явно работал мастер. На всех ножницами вырезано лицо. Уля бросает фотографии, закрывает лицо руками и, склонившись над постыдной находкой, плачет. Единственный раз она плачет в фильме – сейчас: горько и беззвучно.

Рядом с конвертом лежит старый бумажник Антека. Из маленького кармашка Уля вынимает фото на документы – десяти– и пятнадцатилетний Антек с белым, отутюженным воротничком, потом студент, взрослый, и больше десятка сделанных, вероятно, впрок, последних фотографий. Видно, как поменялось его настроение. Может, снова слышатся десять – пятнадцать нот, неумело сыгранных на пианино. Уля рвет фотографии с голой девушкой без лица. Еще раз смотрит, как взрослел и серьезнел муж. Встает, выходит из комнаты, минуя маячащую в темноте фигуру Антека: он стоит там, куда она недавно смотрела, повторяя его имя. Уля включает лампу в коридоре, и в ее отсвете подходит к кровати Яцека.