Сочинения в четырех томах. Том 1
- Автор: Фрэнсис Дик
- Год: 1997
- Язык: русский
- Год: ТЕРРА
- ISBN: 5-300-00951-2 (т. 1), 5-300-00950-4
- Переводчик: Елена Кривицкая
- Жанр: Другие детективы
Электронная книга - «Сочинения в четырех томах. Том 1». Краткое содержание книги:
А его дебютом в детективном жанре стал «Фаворит» (1962). В четырехтомник вошли детективные произведения Фрэнсиса.
Первый том содержат романы «Кураж» и «Отражение».
Издатель сказал, что хотел бы немного побродить пешком — вдруг увидит что-нибудь интересное, — и оставил нас вдвоем. Допивая вторую чашку обжигающего кофе, Клэр спросила, как же мы можем выносить такой сильный ветер, ужасно, просто с ног сбивает.
— Да, здесь всегда очень ветрено, — подумав, согласился я.
— И эти лысые горы…
— Лошадям хорошо.
— Лошади… Я, по-моему, в жизни ни до одной не дотронулась, — она была несколько смущена. — Большинство моих знакомых презирают людей, имеющих дело с лошадьми.
— Человеку приятно считать себя лучше других, — сказал я без обиды. — Особенно, когда для этого нет никаких оснований.
— Один-ноль в вашу пользу, — сказала она.
— Вы себе и представить не можете, какую гамму ненависти испытывают люди к лошадям, — от желания поиздеваться до истерики, — сказал я, улыбнувшись.
— Вам это все равно?
— Это их проблемы. Я тут ни при чем.
Клэр пристально посмотрела на меня большими серыми глазами.
— Вы когда-нибудь обижаетесь? — спросила она.
— Еще бы. Например, когда меня упрекают, что я прыгнул за борт, в то время как я пошел ко дну вместе с тонущим кораблем.
— Что-что?
— Ну, если говорят, что я не удержался в седле, когда на самом деле упала лошадь, а я вместе с ней.
— А что, есть разница?
— Да, и потом принципиальная.
— Похоже, вы надо мной смеетесь, — сказала она.
— Есть немного. — Я взял у нее из рук пустую чашку и положил в раковину для грязной посуды. — Ну а вас, что может обидеть вас, Клэр?
— Не выношу, когда меня держат за дуру, — ответила она после небольшой паузы.
— Сражен вашей откровенностью, — сказал я.
Она, казалось, смутилась и, избегая глядеть мне в глаза, сказала, что ей нравится дом, и кухня очень славная, а затем попросила разрешения воспользоваться ванной. Вскоре она вернулась на кухню — без шапки и со свежей помадой на губах — и, похвалив также и ванную, сказала:
— Надеюсь, у вас все комнаты на уровне.
— Хотите взглянуть?
— С удовольствием.
Я провел ее в гостиную, потом мы заглянули в спальню и наконец остановились посреди холла перед дверью в темную комнату.
— Это все, — сказал я.
Клэр медленно отвернулась от входа в фотомастерскую и посмотрела на меня в упор.
— Вы говорили, что занимаетесь фотографией.
— Занимаюсь.
— Но я думала, что вы… — она нахмурилась. — Мама говорила, что я слишком резко отвергла ваше предложение… но я не знала…
— Пустяки, — сказал я. — Я не вспоминал об этом.
— А вы мне… покажете свои работы?
— Конечно, если хотите. Они здесь, вот в этом бюро, — сказал я и, выдвинув один из ящиков, начал перебирать папки с фотографиями. — А вот и Ламбурн, держите.
— А что в других папках?
— Обыкновенные фотографии.
— За какой период?
— За пятнадцать лет. Пятнадцать лет назад у меня появился собственный фотоаппарат, — добавил я, встретив ее недоумевающий взгляд.
Клэр удивленно охнула и начала читать вслух ярлыки на папках:
— «Америка», «Франция», «Дети», «Жизнь жокея»… Что такое «Жизнь жокея»?
— Просто повседневная жизнь, если ты жокей.
— Можно взглянуть?
— Конечно.
Высвободив папку из хорошо подогнанного держателя и вытащив ее из ящика, она тут же унесла ее на кухню. Я пошел за ней с фотографиями Ламбурна.
Клэр положила папку на стол, раскрыла ее и, сдвинув брови, начала последовательно изучать содержимое, фотографию за фотографией.
Она не проронила ни слова.
— Я хочу посмотреть фотографии Ламбурна, — сказала она наконец.
Я протянул ей папку «Ламбурн», и она, по-прежнему молча, просмотрела ее от корки до корки.
— Не утруждайте себя. Я не жду комплиментов, — сказал я. — Я знаю, что это не бог весть что.
— Вы лжете, — сказала Клэр, наградив меня свирепым взглядом. — Вы отлично знаете цену своим работам.
Закрыв папку с видами Ламбурна, она забарабанила по ней, сосредоточенно прикусив губу.
— Мне кажется, эти фотографии вполне подойдут для нашей книги, — сказала она. — Конечно, последнее слово принадлежит не мне, но…
Порывшись в большой коричневой сумке, она извлекла оттуда пачку сигарет и зажигалку. Потом сунула сигарету в рот, прикурила, и я заметил, что у нее дрожат руки. «И с чего это она так разнервничалась, черт побери? — подумал я. — Что могло до такой степени нарушить ее душевное равновесие?» Волнение растворило парадный глянец, и я увидел перед собой обычную женщину, юную, темноволосую, задумчивую.