Барсук [litres][Grävlingen]

Начав, она не могла остановиться. Текст будто гипнотизировал. Уже первые слова засасывали, почти принуждали ее втянуться в повествование. Тревога быстро сменилась эйфорией. Она дрожала от удовольствия, ловя себя на том, что в особенно напряженные моменты беспокойно оглядывается. Книга поглощала ее в той же степени, как она поглощала книгу. Анника жадно проглатывала каждое слово. Текст был наполнен хорошо прописанными персонажами, живыми характерами и чудовищным количеством крови. Это чтиво — пугающее, откровенное и омерзительное. В меру отталкивающее, чтобы удовлетворить человеческую жажду крови — конечно, только в литературе, чтобы не преступить черту. Однако Аннике рукопись глубоко запала в душу.

Предмет повествования совпадал с ее собственными воспоминаниями. Теми, что вчера заставили ее покинуть дом во время просмотра. Как будто автор знал о ее личном кошмаре. От сцен в подвалах кровь стыла в жилах. Слишком близко. Слишком пугающе. И все равно она вынуждена продолжать. Рукопись — как наркотик для ее издательской души. Анника бегала глазами по страницам, а темнота за окном превращалась в серый рассвет.

Время за книгой пролетело незаметно. Она пропустила встречу кризисной группы, но ее это совсем не волновало. Она отдышалась и встала у окна. Дождь лил на парковку и длинными полосами тек по оконному стеклу. Люди с зонтами боролись с ветром. Она размышляла, сколько из них купили бы или послушали детектив, жестокие убийства в котором произошли только за последний месяц.

«Я Барсук» — своего рода фиктивная биография, написанная так, будто историю рассказывает сам Барсук. Повесть о крови и сумасшествии. В то же время это триллер, где полицейский, несмотря на все свои жизненные неурядицы, пытается раскрыть дело Барсука. Анника не могла разобраться в своих чувствах. Мысли и эмоции смешались. Была ли рукопись чересчур омерзительна? Нет, большинство прочитанных ею за последние годы детективов, включая присланные рукописи, были гораздо противнее. И все же. Про Барсука все знали. Это будто современная городская легенда, только существующая в реальности.

Каждый год в ночь на 6 ноября он (или она?) при загадочных обстоятельствах выбирал жертву в жилом массиве Гётеборга. Полиция скрытничала и давала только необходимый минимум информации, из-за чего спекуляции в интернете становились все более невероятными. Родственники писали в блогах, а в Instagram публиковались фотографии с места преступления из, как заявляли, секретных полицейских документов. Никто не знал, что из этого настоящее, а что — откровенные фальсификации, но все версии сходились в общих деталях. Утверждали, что Барсук прокапывает себе путь в дома жертв снизу, сквозь пол в подвале. Жертву утаскивают в подземелье через тот же тоннель, через который пришел убийца. Это продолжается пять лет.