Неоновые Боги [ЛП]

— Ага. — Гермес вытаскивает пробку из одной из бутылок и делает большой глоток прямо из нее.

— Они объявили об этом сегодня вечером. Ты только что украл невесту самого могущественного человека на Олимпе. Хорошо, что они еще не женаты, иначе ты бы похитил одного из Тринадцати. — Она хихикает. — Это определенно коварно, Аид. Я не думала, что в тебе это есть.

— Я знал, что у него это есть. — Дионис пытается съесть еще кусочек пирога, но ему немного

трудно найти свой рот, вместо этого вилка запутывается в его бороде. Он моргает, глядя на посуду, как будто это она виновата.

— В конце концов, он бугимен. Нельзя получите такую репутацию, не будучи немного хитрым.

— Этого, пожалуй, достаточно. — Я достаю свой телефон из кармана. Мне нужно осмотреть

Персефону, но я не могу этого сделать, отвечая на десятки вопросов этих двоих.

— Аид! — Гермес скулит. — Не выгоняй нас. Мы только что приехали.

— Я вас не приглашал. — Не то чтобы это мешало им пересекать реку, когда им захочется.

Отчасти это Гермес — она может идти, куда ей заблагорассудится, когда ей заблагорассудится в силу своего положения. Технически у Диониса есть постоянное приглашение, но оно предназначалось только для деловых целей.

— Ты никогда не приглашаешь нас. — Она надувает красные губы, которые ей каким-то образом

удалось не размазать. — Этого достаточно, чтобы заставить человека думать, что мы тебе не нравимся.

Я бросаю на нее взгляд, которого заслуживает это заявление, и набираю Харона. Он уже должен был вернуться. Конечно же, он быстро отвечает.

— Да.

— Гермес и Дионис здесь. Пошлите кого-нибудь, чтобы отвести их в их комнаты. — Я мог бы

бросить их в машину и отправить домой, но с этими двумя нет никакой гарантии, что они не взбесятся и не вернутся сразу — или не примут еще более сомнительных решений. В прошлый раз, когда я вот так отправил их домой, они бросили моего водителя и попытались в пьяном виде искупаться в реке Стикс. По крайней мере, если они под моей крышей, я могу присматривать за ними, пока они не протрезвеют.

Я знаю, что Персефона смотрит на меня так, словно у меня выросли рога, но позаботиться об этой паре идиотов — первоочередная задача. Двое моих людей приходят и провожают их, но только после напряженных переговоров, в ходе которых они забирают пирог и вино с собой.

Я вздыхаю, как только за ними закрывается дверь.

— Это бутылки вина за тысячу долларов.

Она достаточно пьяна, чтобы даже не попробовать его.

Персефона издает странный икающий звук, который является моим единственным предупреждением, прежде чем она сбрасывает мое пальто — расстегнув его, пока я отвлекся, — и убегает. Я настолько удивлен, что стою и смотрю, как она пытается доковылять до двери. И она хромает.

Одного взгляда на красные полосы на полу достаточно, чтобы вывести меня из этого состояния.